Падение блока: «Тетрис»
На стриминговом сервисе Apple TV+ состоялась премьера техно-драмы в ретро-стиле «Тетрис», главную роль в которой исполнил Тэрон Эджертон. Проект привлек внимание не только благодаря тому, что режиссерское кресло занял Джон С. Бейрд, прославившийся провокационной «Грязью» и сериалом «Винил». Для российского зрителя особый интерес представляет участие Никиты Ефремова, который воплотил на экране образ создателя культовой видеоигры. Давайте разберемся, почему захватывающее путешествие персонажа Эджертона в СССР вышло очередным шаблонным продуктом.
В конце восьмидесятых американец Хэнк Роджерс (Эджертон), занимающийся игровым бизнесом, посещает выставку в Лас-Вегасе, где случайно открывает для себя «Тетрис». Эта простая, но невероятно залипательная головоломка буквально покоряет его сердце. Предприниматель решается на авантюру: он грезит о том, чтобы привезти восьмибитную игру в Японию, и ставит на кон все семейное благосостояние. Удача уже близко — договоренность с Nintendo практически достигнута. Однако на пути к заветной цели встает влиятельный американский медиамагнат Максвелл и его нелепый, закомплексованный отпрыск. Желая урегулировать запутанную историю с авторскими правами и избежать краха, герой Эджертона собирается в командировку в Москву времен перестройки. Интересно, что родные и партнеры пытаются отговорить его от этой авантюры, расписывая ужасы жизни при коммунистах. Но, как еще столетие назад демонстрировал Лев Кулешов, энергичного капиталиста байками о диких нравах не испугаешь.
Основным держателем прав на игру значится госпредприятие «Электронооргтехника». Именно в его стенах Алексей Пажитнов (Ефремов) на своем допотопном компьютере и придумал «Тетрис». В Москве жизнерадостного Роджерса, разумеется, встречают партийные бонзы и сотрудники госбезопасности. Правда, последние, чувствуя приближение заката Советского Союза, больше озабочены личной выгодой от сотрудничества с заезжими американцами, нежели защитой государственных тайн.
Ленту «Тетрис» можно мысленно разделить на два акта. Первый представляет собой своеобразный корпоративный триллер. Здесь закадровый монолог Роджерса просто и доступно поясняет зрителю хитросплетения и барьеры зарождающегося игрового рынка. В этой части режиссеру Бейрду удается выжать максимум саспенса, казалось бы, из совершенно скучной юридической канители. Второй акт — резкий переход к жанру шпионского боевика, где авторы эксплуатируют избитый сюжет о визите цивилизованного иностранца в диковинную страну. Москва предстает не столько загадочной, сколько откровенно убогой: женщина в очереди отчаянно просит продавца отвесить хлеба, бездомные справляют нужду прямо на улице, а от облезлых стен, кажется, буквально разит затхлостью. Весь облик столицы к тому же полностью нарисован на компьютере, что лишь усиливает ощущение фальши.
И все же каждый выход Ефремова на экран вызывает невольную улыбку. Помимо него, в картине задействованы еще двое российских актеров: Софья Лебедева и Игорь Грабузов (известный по проекту «1703»). Однако именно персонаж Ефремова, который практически не снимает шапку-ушанку, олицетворяет всю ту самую пресловутую русскую душу. Перед нами забитый, вымотанный «маленький человек», без лишней суеты выполняющий свою работу в унылом научном центре. Роджерс моментально опознает в нем родственную душу: «единственный, кому не нужна нажива». Проще говоря, Пажитнов предстает истинным, советским… Именно этот персонаж проводит американца по андеграундным местам, где тусуется прогрессивная молодежь. В качестве символического фона там играет Final Countdown и звучат вольнолюбивые речи.
Подобная сцена добавляет фильму неожиданной глубины. Сегодня пафосные заявления о том, что «мы жаждем кока-колы», воспринимаются с особой иронией. Выходит, что кола — это уже не просто напиток, а примитивный индикатор причастности к свободе. Энди Уорхол, большой поклонник Америки, однажды заметил: «Кока-кола едина для всех, и за любые деньги ты не купишь бутылку лучше той, что пьет бродяга на углу или сама Элизабет Тейлор. Они все равны».
Какой же итог проделал Бейрд? С одной стороны, мы видим почти сказочную сагу о том, как пробивной американец с помощью капиталистических методов и неистощимого оптимизма фактически одерживает победу над коммунистической системой и Восточным блоком. С другой стороны, лента повествует не столько о мучительной схватке двух идеологий, сколько о том, что жадные и беспринципные личности есть по обе стороны железного занавеса. А истинное будущее принадлежит тем предпринимателям, чьи инновационные стартапы способны перевернуть мир. Это, бесспорно, сугубо американская трактовка успеха, и остается лишь удивляться, почему постановщик столь дерзкого фильма, как «Грязь», с таким воодушевлением ее транслирует.
