Кенгуру духовного развития: Австралия в кино

Об Австралии часто говорят с изрядной долей иронии: мол, жители этого континента ходят вверх тормашками, а их быт кажется то ли экзотической сказкой, то ли образцом для подражания. Однако до идеальной картинки далеко даже там, где за окном можно встретить коалу или тасманийского дьявола. Мы собрали подборку фильмов, которые покажут настоящую Австралию без прикрас.

Как Австралия обретала себя

Кадр из фильма «Мятеж на „Баунти“»

реж. Кэрол Рид, Льюис Майлстоун, 1962

Чтобы погрузиться в историю Зеленого континента, стоит обратить внимание на двухсерийный документальный проект «Племя изгоев» (2008). Его создатель, историк Майкл Кэткарт, подготовил материал для австралийского телеканала ABC1. Картину сложно назвать шедевральной даже для своего жанра, где лекции ведущего чередуются с костюмированными реконструкциями. Тем не менее за два часа зритель получает исчерпывающую информацию о Ромовом мятеже (1808) и его последствиях для Нового Южного Уэльса. История захватывает: ирландские каторжники, сосланные на край света, активно выступали против бесправия, на что британские колониальные власти традиционно ответили ужесточением режима.

Судьба распорядилась иронично: губернатором в то время был Уильям Блай, тот самый капитан печально известного мятежного судна «Баунти». В результате конфликт перерос в военный переворот, и ром здесь был скорее пиар-инструментом Блая для дискредитации оппонентов. Историк Майкл Даффи трактует эти события как столкновение бизнеса с государством. Их взгляды на будущее Австралии кардинально расходились: предприниматели видели в ней край возможностей, а власти — лишь удобное место для ссылки каторжников, обреченных на подневольный труд. Как говорится, рынок все расставил по местам.

Кадр из фильма «Соловей»

реж. Дженнифер Кент, 2018

О жизни в 1820-х годах, на заре больших перемен, рассказывает вестерн Дженнифер Кент «Соловей» (2018). Лента получила два приза Венецианского кинофестиваля, включая Специальный приз жюри и премию Мастроянни за лучшую женскую роль, но, увы, не смогла повторить громкого успеха дебютной работы режиссера — хоррора «Бабадук» (2014). Кент с позиций интерсекционального феминизма обнажает системное угнетение, жертвами которого становились и коренные австралийцы, и ссыльные, и особенно женщины. Ирландка Клэр (Эшлинг Франчози), прислуживающая в британском военном лагере, ждет «вольную грамоту», но вместо этого подвергается насилию со стороны пьяного лейтенанта Хокинса (Сэм Клафлин), который также убивает ее мужа и новорожденного сына. Оправившись от шока, Клэр пускается в погоню за убийцей. Ее проводником и невольным союзником в деле возмездия становится тасманиец Билли (Байкали Ганамбарр), который предпочитает держаться подальше от белых людей и соглашается помогать лишь из меркантильных соображений.

Узнать о том, как сегодня живут аборигены, не желающие принимать западные ценности, можно из драмы «Страна Чарли» (2013) Рольфа Де Хера. Главную роль исполнил Дэвид Галпилил — пожалуй, самый известный актер из народа йолнгу. Его работа была отмечена призом в каннской программе «Особый взгляд».

Кадр из фильма «Страна Чарли»

реж. Рольф де Хер, 2013

Спустя полвека символом перемен стал Эдвард «Нед» Келли — австралийский Робин Гуд. Его банда совершила два дерзких ограбления банков, которые сопровождались почти светскими чаепитиями и конными номерами для заложников. 26-летнего бушрейнджера в итоге поймали и казнили через повешение, но за более чем сто лет он превратился в легенду, олицетворяющую национальный характер. О Келли снято как минимум четыре фильма. Первый появился еще в 1906 году («Подлинная история банды Келли»), а в 1970-м его сыграл Мик Джаггер в ленте «Нед Келли» британца Тони Ричардсона. Две версии вышли в XXI веке: «Банда Келли» (2003) с Хитом Леджером и Орландо Блумом, а также «Подлинная история Неда Келли» (2019) Джастина Курзеля. Последняя выделяется не только Джорджем Маккэем в заглавной роли, но и глубокими, неоднозначными образами героя и эпохи, выполненными в фирменной выразительной манере австралийского постановщика.

Кадр из фильма «Галлиполи»

реж. Питер Уир, 1981

XX век для Австралии начался с трагедии Первой мировой. Тысячи местных солдат, включая добровольцев, полегли в битве при Галлиполи на турецком полуострове. Этому событию Питер Уир посвятил одноименный фильм (1981), где два юных романтика записываются в армию, чтобы с минимальной подготовкой оказаться под турецкими пулеметами. Главные роли в этом антивоенном высказывании исполнили Мэл Гибсон и Марк Ли.

Кадр из фильма «Подлинная история банды Келли»

реж. Джастин Курзель, 2019

Вернувшимся с войны ветеранам власти выделили землю, но тут возникла новая напасть — страусы эму. Во время миграции из засушливых районов они оккупировали фермерские поля. Месячное противостояние артиллерии и дикой природы пресса окрестила «Великой войной с эму» (1932 год). Этой абсурдной истории посвящены короткометражка и сериал, а в разработке находится полный метр с Робом Шнайдером и Джоном Клизом — сюжет и правда просится в стилистику Монти Пайтона.

Кадр из фильма «Клетка для кроликов»

реж. Филлип Нойс, 2002

Еще одной угрозой для урожая были кролики. Для борьбы с ними в 1907 году возвели забор-барьер длиной 1833 километра. Эта конструкция становится ключевым символом в драме «Клетка для кроликов» (2002) Филлипа Нойса. Сюжет основан на реальных событиях: три сестры сбегают из приемной семьи, чтобы вернуться к биологическим родителям. В рамках политики ассимиляции детей от смешанных браков (коренных австралийцев и европейцев) часто забирали в интернаты или приемные семьи, чтобы привить западные ценности. В 1931 году Молли, ее кузина Грейси и сестра Дейзи (самой младшей было 8 лет) преодолели 2400 километров вдоль забора для кроликов, чтобы добраться до родного Джигалонга. Ограждение от вредителей становится здесь не только символом жестокой расовой политики, породившей «украденное поколение», но и путеводной нитью, ведущей от «цивилизации» домой.

Криминальный слепок Австралии

Каждая национальная кинематография рано или поздно обращается к криминальной теме, и Австралия здесь не исключение. В эту категорию попадают и байопики о Неде Келли, и true crime истории, и художественные размышления о разных эпохах. В конце концов, драматургия конфликта требует напряжения, а не идиллии.

Кадр из фильма «Предложение»

реж. Джон Хиллкоут, 2005

Продолжая историческую линию, стоит вспомнить вестерн Джона Хиллкоута «Предложение», который прославил режиссера за пределами родины. События этой брутальной притчи по сценарию Ника Кейва происходят в 1880-х (примерно в эпоху казни Келли). Преступник Чарльз Бёрнс (Гай Пирс) вынужден согласиться на убийство собственного старшего брата Артура (Дэнни Хьюстон), чтобы спасти от петли младшего — Майка (Ричард Уилсон), да и себя заодно.

«Предложение» наследует мрачному «Непрощенному», но благодаря австралийским пейзажам, почти осязаемой атмосфере зноя и тяжелым размышлениям героев заметно выделялось на фоне вестернов нулевых. Фильм отметили на «Сандэнсе», а Хиллкоут стал режиссером, за которым пристально следят киноманы. Следующим его проектом стала голливудская постапокалиптическая драма «Дорога» по роману Кормака Маккарти.

Кадр из фильма «Взгляд изнутри»

реж. Эндрю Доминик, 2000

Коллеги Хиллкоута тем временем обращались к криминальной истории не столь отдаленного прошлого — к громким делам 1980–1990-х. Начать стоит с Марка «Мясника» Рида, которому уроженец Новой Зеландии Эндрю Доминик посвятил фильм «Взгляд изнутри». С 1974 по 1998 год Рид почти безвылазно находился в тюрьме, где занялся писательством: сначала выдавал криминальные романы, а позже и автофикшн. Одна из его книг и легла в основу сценария. Однако Доминика, который исследовал жажду Мясника к славе и природу жестокости в СМИ, конечно, не могли удовлетворить только мемуары грабителя. Идея пригласить на главную роль Эрика Бану (его Рид заметил в скетч-шоу Full Frontal) режиссеру понравилась. И вряд ли за прошедшие 23 года актер сыграл что-то более сильное и многогранное.

Кадр из фильма «Скины»

реж. Джеффри Райт, 1992

Криминогенная обстановка конца XX века дает богатый материал для самых леденящих душу историй. В 1992 году Джеффри Райт снял социальную драму «Скины» («Бритоголовые») с Расселом Кроу. Прообразом героя послужил Дэйн Суитман — самый известный австралийский неонацист того времени. Режиссер долго переписывался с осужденным пожизненно «прототипом» и тщательно изучал материалы суда.

Кадр из фильма «Нитрам»

реж. Джастин Курзель, 2021

Если герой Кроу охотился на вьетнамцев, то семейство Бантинг из Аделаиды с 1992 по 1999 год выбирало жертвами педофилов, наркоманов или просто тех, кого они таковыми считали. Их зверства и не менее жестокие внутрисемейные разборки показал Джастин Курзель в своем дебюте «Снежный город» (2011). Название отсылает к месту, где убийцы прятали тела, — бочкам в заброшенном банковском хранилище в городке Сноутаун. В 1996 году в Порт-Артуре Мартин Брайант (Калеб Лэндри Джонс) устроил массовое убийство, после которого в стране резко ужесточили оружейное законодательство. Курзель обратился к этой теме в недавнем фильме «Нитрам» (2019), обнажая халатность властей и общества к людям с ментальными проблемами.

Кадр из фильма «Царство животных»

реж. Дэвид Мишо, 2010

О мельбурнском преступном мире рассказывает драма Дэвида Мишо «Царство животных» (2010). Сюжет во многом вдохновлен историей семьи Петтингилл, промышлявшей грабежами, торговлей оружием и наркотиками, а также убийством полицейских на Уолш-стрит — первом с времен Келли крупном нападении на стражей порядка. В многослойной криминальной саге блистают Гай Пирс, Джоэл Эдгертон, Бен Мендельсон и Джеки Уивер. Шесть лет спустя по мотивам фильма вышел одноименный сериал, продержавшийся шесть сезонов.

Кадр из фильма «В ее шкуре»

реж. Симона Норт, 2009

В 2009 году вышла драма Симоны Норт «В ее шкуре» о похищении и убийстве 15-летней Рэйчел Барбер, произошедшем десятью годами ранее. Фильм предлагает три взгляда на трагедию — жертвы, ее родителей и убийцы, создавая своеобразный австралийский «Расёмон». За основу сценария постановщица взяла книгу «Идеальная жертва», написанную матерью погибшей Элизабет Саутхолл и журналисткой Меган Норрис.

Своя игра: опасности и открытия

Кадр из фильма «Тудавали»

реж. Стив Джодрелл, 1987

Теперь, когда вы морально готовы к самому мрачному, поговорим о культуре и досуге. Погружение в национальный кинематограф не ограничивается режиссерами с мировым именем. Например, есть фильм «Тудавали» Стива Джодрелла о первом актере из числа коренных австралийцев. Роберт Тудавали, уроженец Северных территорий, прежде чем получить роль в ленте «Джедда» (1955), успел стать звездой австралийского футбола, поработать в госпитале и армейском магазине, а также официантом — классическая актерская история. Позже он снялся в фильме «Пыль на солнце» (1958) и занялся активизмом. Несмотря на то, что Австралийская киноакадемия учредила приз его имени, а сам он стал героем байопика, положение коренного населения за 70 лет улучшилось не сильно. Интересно, что в истории с «Джеддой» часто забывают о Розали Кунот-Монкс, которая исполнила там главную роль девушки, стремящейся познать культуру своего народа.

Кадр из фильма «Человек из Гонконга»

реж. Брайан Тренчард-Смит, 1975

Австралийское кино немыслимо без энтузиастов, снимавших за копейки и на свои средства. Феномену озплотейшн, расцветшему в 1970–80-е после введения рейтинга R, посвящена документалка «Не совсем Голливуд: Нерассказанная история австралийского эксплуатационного кино» (2008). Режиссер Марк Хартли отдает должное культовым лентам вроде «Безумного Макса» (1979) Джорджа Миллера, «Человека из Гонконга» (1975) Брайана Тренчарда-Смита или «Патрика» (1978) Ричарда Франклина, а также беседует с кинематографистами Австралии, США и Британии. Главный гость — фанат жанра Квентин Тарантино, который называет Тренчарда-Смита в числе своих любимых режиссеров.

Кадр из фильма «Приключения Присциллы, королевы пустыни»

реж. Стефан Эллиотт, 1994

Огромные пространства континента располагают к путешествиям. Здесь все куда-то едут: от Макса Рокатански по пост-апокалиптической пустыне до Мика «Крокодила» Данди, который добрался аж до Америки. Отдельного внимания заслуживает культовое роуд-муви «Приключения Присциллы, королевы пустыни». Теренс Стэмп, Хьюго Уивинг и Гай Пирс играют троицу дрэг-артистов, отправившихся в Алис-Спрингс, чтобы выступить на курорте посреди пустыни. Комедийный мюзикл Стефана Эллиота скорее о поиске себя, чем об исследовании Австралии, но он интересно перекликается с историей Робин Дэвидсон (Миа Васиковска), которая в 1977 году прошла 2700 километров до того же места. Ее путешествию посвящен фильм «Тропы» (2013) Джона Керрана.

Кадр из фильма «Замок»

реж. Роб Ситц, 1997

Для тех, кто предпочитает оставаться дома, есть главная австралийская комедия — «Замок» Роба Ситца, вышедшая в один год с одноименной кафкианской экранизацией Михаэля Ханеке. Семейство Керриган тоже попадает в абсурдную ситуацию: из-за расширения аэропорта их малонаселенный район в пригороде Мельбурна Кулару хотят снести, а жильцов выселить. Но рабочие парни не намерены сдаваться и готовы до последнего защищать свой дом — «крепость». Забавно, что жилье Керриганов оценили в 70 тысяч долларов, а сам фильм снят всего за 50 тысяч. Шутки с австралийцами, как видите, плохи.

Теги:#Венецианский кинофестиваль,#Каннский кинофестиваль,#Историческое,#Хит Леджер,#Кинофестиваль «Сандэнс»,#Рассел Кроу,#Страна в кино