Уся и Ван Дамм: История «Мортал Комбат», самого кинематографичного файтинга

Mortal Kombat — это название, которое заставляет сердца забиться чаще у нескольких поколений, чье детство пришлось на эпоху расцвета видеоигр. В преддверии премьеры новой главы легендарной серии вспоминаем триумфы и провалы культового файтинга 90-х и разбираемся, почему эта схватка будет длиться вечно.

Игры без правил

Дебют первой Mortal Kombat (MK) состоялся в 1992 году на игровых автоматах. С той поры франшиза покорила домашние консоли, освоила трехмерное измерение, пополнилась армией новых героев и разрослась до 11 основных частей и бесчисленных ответвлений. Но незыблемым остался один принцип — запредельная жестокость, ставшая визитной карточкой серии.

Погружаться в глубины лора MK можно бесконечно, но базовая механика предельно ясна: берешь персонажа и сражаешься на турнире, от исхода которого зависит судьба человечества. Почти каждый герой этого пантеона наделен уникальными способностями, набором особых ударов и вооружением. При грамотном ведении боя можно исполнить фаталити — коронный прием, который отправит душу противника в небытие, а тело обратит в прах.

Mortal Kombat 1992 года на аркадных автоматах

Кровь лилась рекой, экраны разрывались от криков боли и ярости. Естественно, MK мгновенно завоевала обожание всех подростков планеты. Разумеется, родители были в ужасе. Именно эта игра породила устойчивый стереотип о видеоиграх, развращающих молодежь. Американские консерваторы даже продавили в Конгрессе введение обязательной возрастной маркировки для игр. В Германии отдельные части серии находились под абсолютным запретом вплоть до 2015 года. В России же, по счастью, пик популярности MK пришелся на лихие девяностые. Своя приставка была роскошью, но это не мешало собираться компаниями у друзей, ожидая своей очереди и наблюдая за чужими баталиями.

Откуда черпали вдохновение

С тех пор для отечественного зрителя игра окутана флером ностальгии, схожим с теплыми воспоминаниями о первых боевиках на пиратских кассетах. И это сходство неслучайно — с самого рождения серия черпала идеи из кинематографа. Ее отцы-основатели, Эд Бун и Джон Тобиас, ориентировались в большей степени на азиатское кино, нежели на голливудские шаблоны. Ключевыми ориентирами, вероятно, послужили работы мастера жанра уся Цуя Харка — «Виртуоз» и «Воины с волшебной горы». Уся — это поджанр китайской фэнтези, где легендарные воины прошлого, часто с помощью магии, противостоят силам зла. Западному зрителю такие ленты нередко кажутся наполовину пародийными, но от этого не менее захватывающими. Именно эта театральность и отстраненность от реальности прочно впечатались и в геймплей, и в последующие киноадаптации MK.

Кадр из фильма «Кровавый спорт»

реж. Ньют Арнольд, 1988

Среди прочих источников стоит отметить культовый гонконгский боевик в голливудской обработке — «Большой переполох в маленьком Китае» Джона Карпентера и, конечно, «Выход дракона» с неподражаемым Брюсом Ли. Однако изначально, еще до того, как азиатская эстетика окончательно пропитала MK, Бун и Тобиас вынашивали идею сделать игру с… Жан-Клодом Ван Даммом! А именно — с типичным для него героем в качестве центрального бойца файтинга. Эта мысль посетила их после выхода «Кровавого спорта» и накануне премьеры «Универсального солдата» — фильмов, также прекрасно знакомых отечественному зрителю эпохи видеосалонов.

Права на использование образа Ван Дамма заполучить оказалось делом хлопотным, но актер все же косвенно появился среди бойцов. Виртуальный Ван Дамм переродился в Джонни Кейджа — по сути, первого оригинального персонажа Mortal Kombat. Самовлюбленный голливудский каратист, жаждущий доказать всему миру, что он умеет драться по-настоящему, а не только на экране, и оказывающийся на кровавом турнире.

Команда аутсайдеров (и Кристофер Ламберт)

К 1995 году от экранизаций видеоигр никто не ждал ничего путного. Судя по ранним попыткам вроде «Супербратьев Марио», режиссеры совершенно не представляли, как конвертировать игровой нарратив в привычную структуру киносценария. Поэтому за постановку MK взялся никому не известный Пол У. С. Андерсон, чей дебютный фильм провалился в прокате незадолго до этого. На роль Лю Кэнна утвердили Робина Шоу — еще одного неудачника, уже подумывавшего завязать с актерством и уйти в торговлю спорттоварами. Да и остальные актеры, за редким исключением, звезд с неба не хватали.

Кадр из фильма «Смертельная битва»

реж. Пол У. С. Андерсон, 1995

Первым счастливым исключением стал Кристофер Ламберт в образе Рэйдена. Знаменитый по роли в «Горце» актер блестяще сыграл хитрого бога-громовержца, мудрого наставника и просто обаятельного старикана с отличным чувством юмора. Второй несомненной удачей стал Кэри-Хироюки Тагава в роли колдуна Шан Цзуна. Пожалуй, и сегодня он остается одним из самых харизматичных кинозлодеев той наивной эпохи. Кому еще удалось бы сделать крутыми на большом экране шаблонные фразы из файтинга, вроде легендарного «Твоя душа принадлежит мне!».

Кэри-Хироюки Тагавы в роли колдуна Шан Цзуна, кадр из фильма «Смертельная битва»

реж. Пол У. С. Андерсон, 1995

Назвать «Смертельную битву» хорошим кино было бы, пожалуй, преувеличением. Однако это, безусловно, крутое кино и первая по-настоящему достойная адаптация видеоигры. Драки в фильме по своей вычурности и качеству ничуть не уступали упомянутым гонконгским боевикам и лентам о восточных единоборствах. Почти все актеры владели боевыми искусствами на вполне профессиональном уровне. Поставленные сцены дополнили спецэффекты, многие из которых не устарели и по сей день. Ну и, конечно, актерская харизма была неотъемлемой частью успеха.

Наследие, ставшее легендой

Если кратко, метасюжет игры, положенный в основу фильмов, таков: помимо нашего Земного царства существует множество миров, однако почти все они пали под натиском злобного Шао Кана, императора Внешнего мира. Кан давно точит зуб на Земное царство, но захватить его может, лишь победив лучших воинов нашей реальности в турнире, который курируют Старшие боги. На стороне императора выступает коварный колдун Шан Цзун, питающийся душами поверженных. Людям же покровительствует бог молний Рэйден. В число избранных защитников входят уже знакомый Джонни Кейдж, спецагент Соня Блэйд и Лю Кэнг, потомок некогда павшего чемпиона Кун Лао.

Кадр из фильма «Смертельная битва»

реж. Пол У. С. Андерсон, 1995

Сюжетная канва развивается по архетипической схеме, знакомой еще по античному эпосу: эпохе богов и чудовищ приходит на смену эра людей. Именно людям суждено отправить древних монстров обратно в пучину хаоса, победив их в жестокой схватке. Герои, выходящие на арену против порождений тьмы, так или иначе напоминают нас самих. Поэтому неудивительно, что душой фильма зрители признали того самого Джонни Кейджа (Линден Эшби) — самого человечного и близкого персонажа. Кейдж со своими дурацкими шутками в одиночку сражается с непомерным героическим пафосом: Соня Блэйд из уверенной в себе сотрудницы спецслужб быстро превращается в беспомощную «деву в беде», а Лю Кэнг с самого начала позиционируется как избранный — какой с него спрос? Остается только Джонни — обычный парень, который становится героем.

К тому же именно Кейдж участвует в самых эффектных и запоминающихся поединках картины. Если его битва с демоническим Скорпионом достойна триллера, то схватка с четырехруким чудовищем Горо как раз и воплощает тот самый мифологический мотив. Давид побеждает Голиафа одним точным ударом, с легкостью сбрасывая его в кипящую бездну.

Провал, вошедший в историю

Спустя два года после триумфа легендарных поединков последовало сокрушительное фиаско: в 1997-м выходит «Смертельная битва-2: Истребление» — фильм, который критики называют одним из худших за всю историю кинематографа. Кейджа убивают в самом начале, в единственной сцене с его участием; Соню и Рэйдена играют уже другие актеры. Без ключевых персонажей, без Шан Цзуна и без Андерсона «Битва» превратилась в череду дешевых и плохо поставленных драк. Режиссерское кресло занял Джон Р. Леонетти, бывший оператор первого фильма. Сейчас он снимает хорроры для Джеймса Вана. После разгромной критики и дружного хохота зрителей, покидающих залы, о новых полнометражных фильмах пришлось забыть на долгие годы. Правда, свет увидели два телесериала, мультсериал и пара полуофициальных спин-оффов. Но и они заглохли после первого же сезона. Зато игровая вселенная процветает по сей день.

Кадр из фильма «Смертельная битва 2: Истребление»

реж. Джон Р. Леонетти, 1997

Новый этап схватки

Перезапуск Mortal Kombat в кино оказался задачей амбициозной и непростой. Ему предшествовал первый полнометражный мультфильм франшизы «Легенды смертельной битвы: Месть Скорпиона», который был посвящен центральному конфликту между Скорпионом и Саб-Зиро. В свое время Андерсон обошел эту сюжетную линию стороной, хотя история была крайне интересной. Саб-Зиро — китайский колдун, убивший японского ниндзя. Последний же возвращается из преисподней в облике пылающего демона Скорпиона. Здесь явно прослеживается тема векового противостояния двух великих азиатских держав. К слову, сегодня Тагава вряд ли бы сыграл Шан Цзуна — если у инопланетного злодея вообще можно определить национальность, то он, скорее, китаец. Не говоря уже о том, что Ламберту сейчас вряд ли бы доверили роль азиатского божества.

Кадр из фильма «Мортал Комбат»

реж. Саймон Маккуойд, 2021

Новая битва вербует бойцов с учетом новой геополитической реальности, но при этом не порывает с традициями: франшизу продолжает вести бессменный продюсер всех фильмов и сериалов по MK Лоуренс Казанофф. И если за визуальные эффекты можно не беспокоиться, то вот трансформация взаимоотношений людей и потусторонних созданий в новой версии вызывает живой интерес. Ведь совсем непросто будет найти замену обаятельному простаку Джонни Кейджу — образцовой модели для подражания обычного подростка, которому вдруг выпал его единственный шанс. А жизнь, как известно, сама по себе схватка, где всегда есть место летальному исходу. К счастью, каждый из нас волен выбирать себе и героя, и свой собственный фильм по вселенной Mortal Kombat.