Встретимся через 25 лет: Как и зачем культовые герои и франшизы возвращаются на большие и малые экраны

От культового Кэндимена до легендарного Джеймса Бонда, от неудержимого Майкла Майерса до обаятельного Декстера — вспоминаем культовых персонажей, знакомых каждому с детства, которые и не думают уходить на покой. Разбираемся, почему их новые воплощения получились совершенно иными, чем в оригинале.

Трава была зеленее

Киноиндустрия переживает непростые времена из-за кризиса оригинальных идей, и с одной стороны, это тревожный сигнал. Новых самобытных проектов становится всё меньше, а действительно успешные современные франшизы можно пересчитать по пальцам. Ситуация с коронавирусом только усложнила жизнь и без того рискованным кинематографическим стартапам. Однако у этой ситуации есть и позитивная сторона: если создать коммерчески успешную историю с нуля не получается, самое время обратиться к переосмыслению бессмертной классики поп-культуры. С такими монстрами, как Джеймс Бонд или Годзилла, всё предельно ясно — эти серии были, есть и останутся навсегда. Их универсальность и популярность позволяют органично вписаться в любой культурный контекст и любую эпоху. Актуальная геополитика в бондиане и экологические мотивы в историях о Годзилле — это, конечно, ловкий и обаятельный прием, благодаря которому они схватывают дух времени так, будто существовали всегда.

Кадр из фильма «Кэндимен»

реж. Ниа ДаКоста, 2021

Но как быть с более нишевыми и менее раскрученными сериями? Например, с «Кэндименом», который когда-то ловко маскировался под городскую легенду и поднимал болезненную тему исторической вины белого населения за рабство? Или со слэшером «Черное Рождество» — мрачной, антипраздничной феминистской историей о резне в женском общежитии? Или, наконец, с откровенно неполиткорректными Джеем и Молчаливым Бобом, чьи остроты в нулевые разлетелись на цитаты, а сегодня о них вспоминают как о страшном сне после настойчивого зуммера будильника воук-культуры? Спешим обрадовать: все они тоже получили пропуск в светлое будущее. Просто каждый из их ребутов пытается по-новому взглянуть на идеи, заложенные в первоисточниках.

У ностальгии глаза велики

Жанр ужасов для подобной ревизии подходит идеально. Его персонажи — это ходячие воплощения наших комплексов, психологических зажимов, травм и гендерных конфликтов, которые сегодня становятся еще острее. В новой версии «Кэндимена» создатели кардинально переосмыслили мифологию оригинала. Если раньше антагонистом выступал конкретный злодей с крюком вместо кисти, то теперь выясняется, что чудовище многолико: на его месте может оказаться любой афроамериканец, столкнувшийся с предвзятостью и гневом белых американцев. С формальной точки зрения «Кэндимен» 2021 года не добавляет во франшизу ничего нового — те же мысли, те же проблемы. Но легендарный убийца из страшных историй предстает уже как жертва обстоятельств: груз вины и насилие будут длиться вечно, пока мрачное прошлое страны прячется за индустриальными байками и тотальным замалчиванием. Главный герой картины живет в доме, некогда бывшем центром гетто, а его картины перестали продаваться, потому что истории темнокожих художников вышли из моды. Новый «Кэндимен» аккуратно достраивает оригинальный канон в контексте движения BLM, которое может существовать только в непрерывном диалоге об ужасах рабства.

Кадр из фильма «Черное Рождество»

реж. Софи Такал, 2019

«Хэллоуин» от Гордона Грина отдает дань безграничной силе матриархата, «Черное Рождество» Софи Такал в финале грозит пальцем воинствующему патриархату, а свежий сериальный «Чаки» выводит на передний план квир-тематику. В контексте сегодняшней американской реальности, где хорроры и прежде умело рассуждали о гендере и социуме (вспомните «Людей под лестницей» с их критикой капитализма), жанр становится еще более леволиберальным, чем когда-либо. И дело не только в желании затеять поучительную беседу о секс-меньшинствах, неравенстве и ущемлении прав. Скорее, это связано с тем, что молодые режиссеры, выросшие на фильмах Уэса Крейвена, Джорджа Ромеро и Шона Каннингэма, заново открыли для себя подтексты любимой классики и захотели пересказать их, поместив в новые реалии. Сюда же можно отнести и такие работы, как «Суспирия» или «Бегущий по лезвию 2049» — истории, внешне верные оригиналам, но развивающие их идеи настолько смело и вольно, что многие фанаты оказались не готовы к такой авторской дерзости.

Сила прогресса

Есть и другая причина для ребутов хорроров — этот жанр невероятно сильно зависит от технологических возможностей кинопроизводства. Знаете ли вы, что «Муха» Кроненберга — это ремейк культового фильма ужасов 50-х годов? А что карпентеровское «Нечто» — вольная интерпретация одноименной повести и старого фильма «Нечто из иного мира»? Эти ленты появились на свет в том числе и благодаря тому, что грим и спецэффекты шагнули вперед, позволяя режиссерам воплощать свои смелые задумки пугающе реалистично. Ту же тенденцию мы видим в недавних блокбастерах: в «Безумном Максе» («Дорога ярости», формально будучи сиквелом, по сути игнорирует ключевые моменты канона и строит собственную вселенную), в «Космическом джеме» или новой «Матрице».

Кадр из фильма «Безумный Макс»: Дорога ярости»

реж. Джордж Миллер, 2015

Время не стоит на месте, технологии сменяют друг друга, и возвращение культовых персонажей становится для режиссеров настоящим вызовом: как сохранить дух оригинала, облекая его в современную форму? Тот же «Космический джем: Новое поколение», с одной стороны, привносит в сюжет драму отцов и детей — конфликт поколений бумеров и зумеров. Но куда важнее, что фильм экспериментирует с новейшими способами интеграции анимации в формат live-action (то есть сосуществования в кадре реальных актеров и мультяшных героев). Правда, не всегда такой технологический апгрейд идет на пользу. Например, хуперовскому «Полтергейсту» гораздо больше подходила та самая производственная неотесанность и обилие пусть и устаревших, но сделанных с душой практических эффектов.

И смех, и слезы

Гораздо интереснее, чем с крупными студийными проектами, обстоят дела в комедийном жанре. Возьмем, к примеру, «Клерков 2» Кевина Смита: с одной стороны, это прямое продолжение малобюджетного инди-шедевра о болтливых продавцах, а с другой — картина совершенно иного стиля и смысла (вышедшая, к слову, спустя 12 лет). Повзрослевшие герои-гики столкнулись с грузом собственных амбиций: им вроде и хочется вырваться из инфантильного мирка захолустного городка и бросить унизительную работу в фастфуде, но что-то постоянно мешает. Если для боевиков и хорроров важно понять, как изменился окружающий мир, то комедия выводит на первый план другой вопрос: запоздалые сиквелы (по сути те же ребуты) пытаются осмыслить, каково приходится в новой реальности бывшим беспечным инфантилам.

Кадр из сериала «Чаки»

реж. Дермотт Даунс, Лесли Либман, Самир Реэм, 2021

В этом смысле даже абсолютно уникальный «На игле» задает верный вектор: всё те же персонажи спустя десятилетия снова собираются вместе… и снова идут по накатанной. Комедия 90-х превращается в трагедию 2000-х и 2010-х: заложники массовой культуры, тотального инфантилизма и несбывшихся надежд, герои словно призраки застыли на месте. На смену иронии приходит печальная констатация фактов, а развитие характеров сменяется полным застоем.

Историческая справедливость

И наконец, еще одна редкая, но крайне любопытная функция поздних сиквелов и ребутов — стремление подарить полюбившимся героям достойное завершение истории. «Декстер» в свое время лишился расположения фанатов именно из-за провальной концовки: зрители негодовали в соцсетях и, пусть и спустя 8 лет, своего добились. Теперь харизматичный маньяк получил шанс на искупление в мини-сериале «Новая кровь», где ему предстоит встретиться с призраками былого и по возможности исправить ошибки настоящего.

Кадр из фильма «Отряд самоубийц: Миссия навылет»

реж. Джеймс Ганн, 2021

Один из самых ярких и успешных примеров последнего времени — «Отряд самоубийц: Миссия навылет». Джеймс Ганн, с иронией назвав свое кино не Suicide Squad, а The Suicide Squad (намекая, что это тот самый «Отряд», которого все ждали), восстанавливает вселенскую справедливость: одна из самых безумных франшиз наконец-то получила достойную экранизацию, перезагрузившись как по стилю, так и по актерскому составу.

Сегодня перезагрузка — это не просто попытка откатить назад неудачный или устаревший проект. Это возможность поразмышлять о судьбе персонажей в будущем, поиграть с теорией мультивселенных (чем вовсю пользуются создатели нового «Человека-паука») и затронуть насущные социальные темы. Будьте уверены, любимые герои если и покидают экраны, то ненадолго: настоящая классика всегда остается с нами, терпеливо дожидаясь своего часа и своих продюсеров. Главное — уметь ждать.