«Мое преступление»: Секс-скандал, или как сделать карьеру

В стриминговом сервисе Okko состоялась премьера свежей комедийной ленты Франсуа Озона, режиссёра, которого по праву обожают отечественные зрители. Показ картины «Моё преступление» в России впервые прошёл в Северной столице в рамках фестиваля «Пример интонации». Разбираемся, какие сюрпризы преподносит эта, на первый взгляд, фарсовая работа французского постановщика.

Действие разворачивается в богемном Париже 30-х годов. Молодая актриса Мадлен Вердье (Надя Терешкевич) пытается заполучить заветную роль у крупного продюсера. По словам девушки, влиятельный мужчина согласился помочь, но выдвинул условие — интим в качестве платы за успех. Возмущённая таким цинизмом, Мадлен покидает его особняк. Спустя короткое время продюсера обнаруживают мёртвым с пулевым ранением, и все улики указывают на нашу героиню. Её подруга, начинающая адвокатесса, моментально осознаёт выгоду ситуации: процесс можно подать как самозащиту. В итоге Мадлен не только оправдывают, но и делают настоящей знаменитостью, иконой стиля и независимости. Однако идиллия рушится, когда появляется настоящая убийца в исполнении Изабель Юппер. Эта дама требует денег за молчание, завидуя чужой славе. 

Такое описание намекает: перед нами не просто историческая драма о домогательствах. Озон скорее создаёт гротескную фантазию, перекликающуюся с современными скандалами в киносреде (первая ассоциация — история с Харви Вайнштейном). Режиссёр утрирует феминистские идеи до абсурда: мужчины показаны никчёмными сластолюбцами, а оправдательный приговор Мадлен порождает во Франции настоящую моду на расправу с сильным полом. Мечтаете о головокружительной карьере? Просто пристрелите похотливого нахала!

За видимой лёгкостью сюжета скрывается реальный исторический фон. Неслучайно судья в фильме произносит фразу о том, что «сильный пол теперь боится слабого». В ту эпоху Франция действительно пережила череду жестоких преступлений, совершённых женщинами, в основном из бедных слоёв. Наиболее громким считается дело сестёр Папен, прислуг, убивших хозяйку дома и её дочь. Многие тогда винили в трагедии жестокую эксплуатацию (эту точку зрения, к примеру, разделял Жан-Поль Сартр). Однако психоаналитик Жак Лакан предложил иную версию: по его мнению, девушки страдали психозом на почве скрытых гомосексуальных связей. Озона же подобные глубинные материи волнуют мало — он уверен, что безумие общества продиктовано исключительно выгодой. 

Эстетически «Моё преступление» напоминает «8 женщин» и отчасти «Крысятника». Лента переполнена фарсом и шутками ниже пояса. Например, добрая треть хронометража отдана под нелепые допросы в участке. Вот только в отличие от пародий с Лесли Нильсеном, здешние диалоги лишены остроты — комический заряд исчезает почти мгновенно. Фильм легко представим в качестве театральной постановки, отчего он бы только выиграл. Правда, сцена лишилась бы забавных стилизаций под немое кино, в которых Озон обыгрывает вариации убийства продюсера.

Несмотря на злободневную подоплёку, не стоит видеть в фильме политический манифест. «Моё преступление» ни в коей мере не высмеивает движение #MeToo или феминизм. Озон не выносит приговоров и не клеймит своих героинь благодаря подчёркнутой несерьёзности происходящего. Хотя Мадлен, казалось бы, типичная карьеристка, назвать её однозначно отрицательным персонажем язык не поворачивается. Даже откровенно карикатурная жадность героини Юппер (актрисы эпохи немого кино, потерявшей работу с приходом звука) вызывает скорее снисходительную усмешку.

Иной вопрос — можно ли считать невесомость картины её достоинством? Ответ, конечно, субъективен. Кто-то возразит, что именно «несерьёзный» подход и обеспечивает фильму любовь публики. Однако подобные рассуждения не помогают объективно оценить «Моё преступление». Со смысловой точки зрения выбранная интонация оправдана: Озон не читает моралей и не выглядит ретроградом, оставаясь в безопасной нейтральной зоне. А вот на уровне чистого жанра, то есть комедии, картина смотрится неубедительно, порой откровенно пресно, пережёвывая плоские и стерильные шутки из арсенала французских комедий минувшего века. Выходит эдакое «кино для пап», которое пытается иронизировать на острые темы, но не способно по-настоящему задеть за живое.