«Субстанция: Идеал»: Не родись красивой
В российских кинотеатрах появился новый фильм ужасов, чье название вызывает ощущение déjà vu. Прокатчики решили расширить мультивселенную, посвященную «Субстанции». Однако дебют режиссера Саши Рейнбоу не связан с популярной работой Корали Фаржа — хотя их темы перекликаются, итоговый продукт сильно отличается. Мы рассмотрим, как «Субстанция: Идеал» следит за тенденциями и исследует вопросы внешнего и внутреннего совершенства. Также выясним причины возможного недовольства поклонников жанра этой лентой.
В детстве китаянка Вэй (Джоена Сон) стала жертвой трагического происшествия: ее отец, ученый, создал технологию регенерации поврежденных тканей, испытал ее на себе и потерял лицо. После этого девушка решила завершить исследования родственника и совершить революцию в науке. Повзрослев, замкнутая Вэй получила стипендию и переехала к тете в Новую Зеландию, но ее жизнь не стала лучше: на странную студентку обращают внимание не только из-за ее поведения, но и из-за огромного кожного дефекта, который она скрывает под шарфом.
Однако Вэй получает возможность работать в университетской лаборатории вместе с преподавателем Полом (Джаред Тёрнер), который также является альфонсом. Она совершенствует формулу и начинает эксперименты с тканевой трансплантацией. Но один неудачный опыт может уничтожить все ее труды, поэтому Вэй приходится применять разработку не для благородных целей, а ради собственной выгоды. Это постепенно разрушает ее психику.
Фильм «Субстанция: Идеал» действительно имеет точки соприкосновения с известной работой Корали Фаржа: здесь также представлена психически неуравновешенная героиня, которая стремится быть привлекательной для окружающих и впечатлять своей внешностью, а сценарий затрагивает проблемы навязчивых стандартов красоты и лукизма в современном мире. Визуальное исполнение также не сильно отличается. Фаржа использовала стиль ярких и вызывающих клипов 2000-х, а Саша Рейнбоу, ранее создававшая музыкальные видео для Сьюки Уотерхаус и Placebo и рекламные кампании для Toyota и Puma, в своей новой работе осталась близка к этой гипертрофированной, ADHD-эстетике.
Вэй играет сразу несколько актрис: всё потому, что она меняет лица как перчатки
Кадр из фильма «Субстанция: Идеал», реж. Саша Рейнбоу, 2024
В фильме «Субстанция: Идеал» не только персонажи, но и их окружение словно взяты из рекламного ролика: выразительные костюмы, раскрывающие характеры лучше слов, и детализированные декорации — от стерильной лаборатории до теплого дома Вэй — демонстрируют, что работа костюмеров, гримеров и художников здесь играет более значительную роль, чем сам сценарий. Создатели, возможно, сознают (или предпочитают считать), что в жанре уже сказано всё новое, поэтому маскируют знакомые повороты яркой мишурой. Первое время это эффективно: «Субстанция: Идеал» привлекает именно тем, что выглядит более качественно, чем большинство низкобюджетных хорроров, особенно в российском прокате.
Но по мере упрощения сюжета фильм становится тяжелее для восприятия. «Субстанция» Фаржа мастерски использовала жанровые приемы: повествование развивалось постепенно, и лишь со середины ленты начинались кровавые события. Авторская фантазия была столь необузданной, что невозможно было предугадать, какими ужасными телесными трансформациями удивят создатели в следующей минуте. «Субстанция: Идеал», в свою очередь, более предсказуема. После ключевого момента — первого случайного убийства Вэй — история движется по ожидаемому пути: когда героиня срезает лицо жертвы и преобразуется в нее через трансплантацию кожи, становится очевидно, что этот трюк будет использован повторно с аналогичным смыслом. Неудовлетворенная своей внешностью Вэй будет менять облик и неизбежно терпеть неудачи, поскольку невозможно убежать от своей истинной природы.
Роль одного из антагонистов сыграл Джаред Тёрнер из сериала «Спартак: Кровь и песок»
Кадр из фильма «Субстанция: Идеал», реж. Саша Рейнбоу, 2024
Несмотря на схожие темы, «Субстанция: Идеал» оказывается значительно более простой в своей идее. Это не экстравагантный хоррор о лукизме, а скорее традиционная история с избитым моральным выводом в финале. И сколько бы в кадре не показывали отрезанные лица и поврежденные конечности, как бы тщательно не расставляли свет и не окрашивали стены в багровые цвета, фильм Саши Рейнбоу не предлагает зрителю ничего существенного. Для жанрового аттракциона здесь слишком мало резких поворотов и жестокости, для современного социального хоррора явно недостает провокации и протеста. Название, предложенное локализаторами, играет с картиной злую роль: не только героиня, но и сама лента заметно не соответствует идеалу.
