«Блажь»: Не доедем до конца

Документальная лента Ильи Поволоцкого «Грязь» попала в программу амстердамского фестиваля IDFA. А его игровая картина «Блажь», ставшая единственным российским проектом в Каннах этого сезона, недавно была представлена в столице в рамках фестиваля «КАРО.Арт». В главных ролях заняты начинающая актриса Мария Лукьянова и известный по «Шультесу» исполнитель Гела Читава. Объясняем, что делает особенным это роуд-муви об отце с дочерью, колесящих с передвижным кинотеатром по глубинке.

Отец (Гела Читава) и его дочь (Мария Лукьянова) вот уже полтора десятилетия странствуют на потрёпанном автодоме по сёлам и маленьким городам. Там, где ещё теплится жизнь, они устраивают кинопоказы на довольно крупном экране. Проектор установлен прямо на крыше их фургона. В программе значатся «Брат» Балабанова и «Верность» Сайфуллаевой. Параллельно мужчина торгует порнографией на DVD, а его спутница — снеками, пивом и сладкой водой. С собой они везут урну с прахом матери, ушедшей из жизни несколько лет назад. То ли они ищут место для его развеивания, то ли не могут отпустить последнее, что осталось от родного человека. На сей раз их путь лежит из Кабардино-Балкарии в Мурманскую область, к побережью Баренцева моря.

«Блажь» — это первая полнометражная работа документалиста Ильи Поволоцкого, автора картин «Северяне» и «Пена». Премьера ленты прошла в программе «Двухнедельник режиссёров» на Каннском кинофестивале 2023 года, сделав её единственным представителем России на знаменитом смотре. Съёмки проходили в 2021 году, сразу после снятия локдауна. Режиссёр и оператор Николай Желудович заранее проехали по будущему маршруту героев, поэтому точно понимали, куда направлять повествование. Фильм снят на плёнку, что придаёт ему удивительную визуальную глубину и медитативность, находящуюся на стыке игрового и неигрового кино, что логично для документалиста.

В «Блажи» переплетается несколько жанров. Сам автор отмечает, что сюжет выстроен в духе восточноевропейских сказок. Однако если там инициацию обычно проходит юноша, то здесь в центре внимания оказывается девушка. С другой стороны, это классическое роуд-муви, продолжающее традиции лучших работ Вима Вендерса — «Алисы в городах», «Ложного движения» и «Парижа, Техас». Безусловно, это также история взросления. Не случайно фильм начинается со сцены первой менструации у героини-подростка. Рядом нет матери, гигиеническое средство ей даёт незнакомая женщина, с которой провёл ночь отец. Обсудить изменения в теле девочке попросту не с кем. И отец, и дочь по-прежнему тоскуют по ушедшему близкому человеку, но предпочитают хранить угрюмое молчание. Грусть живёт в каждом из них, постепенно превращаясь в обиду.

Дуэт перемещается с юга на север, из лета в зиму, от надежд к душевному холоду. В картине ощущается приближение катастрофы, возникает постапокалиптическое настроение. Девочка спрашивает отца, что они станут делать, когда даже в глухих поселениях появится интернет. «Мартышку куплю», — звучит первый ответ. Второй: «Буду землю пахать и рожь сеять». Оба варианта, особенно если семья осядет на севере, оборачиваются довольно мрачной шуткой. Взрослый и подросток осознают, что не могут вечно колесить по стране с кинопоказами — всему приходит конец. Появляются и другие тревожные знаки, будто предвещающие будущее: у границы проверяют документы, полицейский (Семён Штейнберг) заявляет, что дальше ехать нельзя — в море погибла рыба. Если не экологическая, то политическая катастрофа. Вторая часть ленты даже невольно напоминает сериал «Эпидемия», с той разницей, что там люди сознательно бегут подальше от городов. Герои же, кажется, не имеют конкретной цели, их движение похоже на замкнутый круг, инерционный процесс.

Любопытно замечание Поволоцкого о культурном уровне главных персонажей. Действительно, оба они читают, показывают людям кино — фактически несут просвещение. Даже на Кольском полуострове им встречается мужчина в охотничьем костюме, продающий Довлатова и Воннегута. Дочь огорчается отсутствию Кафки. Возможно, интеллектуальный багаж лишь мешает родственникам раскрыться и отпустить мать, а их долгое путешествие можно расценить как чистилище. И только взрослеющая дочь способна прервать этот путь. Им не находится места нигде, дома не существует, вокруг одни чужие, в любой момент может вскрыться торговля порнодисками, и тогда придётся срочно уезжать.

Пожалуй, самыми сильными моментами неторопливого фильма становятся безмолвные сцены, где люди либо отсутствуют вовсе, либо отец с дочерью растворяются в окружающем пейзаже. Всё-таки документальная составляющая органичнее для этого меланхоличного кино. Особенно примечательных встречных девочка снимает на полароид, словно стремясь запечатлеть ускользающее время, сохранить его вещественные фрагменты.

Снятая два года назад «Блажь» воспринимается как документ ушедшей эпохи, времени, которого больше нет. В ленте нет прямых политических высказываний, но даже через фиксацию социального упадка проступает горькая оценка мира. Сегодня картина смотрится как прощание не только с детством героини. Главные персонажи идеально соответствуют прошлому и медитативной съёмке, застыв в состоянии бесконечной дороги. Но достигнут ли отец с дочерью конечной точки маршрута (где бы она ни находилась, в прямом или переносном смысле) — вопрос, который остаётся без ответа.