«Лили и море»: Маленькому кораблю — большое плавание
26 января в отечественные кинотеатры приходит первая режиссерская работа актрисы Динары Друкаровой «Лили и море». Она же сыграла в фильме центральную роль. Картина впервые была показана в прошлом году на кинофестивале в Сан-Себастьяне. Мы расскажем о фильме, снятом по мотивам романа французской писательницы Катрин Пулен, где внешне хрупкая Лили обретает свободу в изнурительной работе.
«Собеседования» в команду рыболовного траулера, уходящего в холодные северные воды, проводятся прямо на причале. Лили (Динара Друкарова) проигрывает, еще не начав разговор: у этой, казалось бы, хрупкой женщины нет ни стажа, ни нужных бумаг, ни нагловатого обаяния, чтобы переубедить незнакомых мужчин. Капитаны лишь качают головами, а Лили бродит по переулкам портового поселка. Удача приходит в лице видавшего виды Яна (Сэм Лаувейк) — этот моряк берет новичка на судно. Рассветные подъемы, рыбный запах, каторжный труд и мужская компания — вот о чем на самом деле мечтала Лили.

Чего же ищет женщина, которую капитан по-доброму называет Воробышком? Уйти в свободное плавание. Лили оттолкнулась от берега прежней жизни, чтобы больше никогда не оглядываться назад: ее героиня балансирует между романтическим чувством безбрежного океана и экзистенциальной усталостью. Бегство от обыденности к соленой воде — давняя традиция отшельников всех мастей, как кинематографических, так и далеких от кино. По ритму и настроению «Лили и море» более всего напоминает «Закат» Мишеля Франко, но с существенной разницей: если персонаж Тима Рота жаждет пить пиво, не замечая прибоя, то героиня Друкаровой находит освобождение в тяжелой работе.

Актриса, впервые выступившая как режиссер, положила в основу полного метра одноименный дебютный роман Катрин Пулен. Сама писательница десять лет рыбачила на Аляске, соединив в книге зов открытого моря, жажду простых приключений и изматывающий труд, который, вопреки спартанским условиям, очищает душу. Друкарова опускает многие подробности, делая главным фокусом картины тонкую настройку восприятия. Актриса, родившаяся в СССР, тоже когда-то покинула родной дом и переехала во Францию. Для Динары-режиссера важнее непоколебимость выбора и осознание грядущих перемен, а не детальное повествование о пути прочь от всех и ближе к себе.

«Лили и море» — это нарочито медленное, созерцательное, почти лишенное действия кино. Соленая вода щиплет глаза и щеки, палуба становится скользкой, а нравы моряков — невыносимыми. Друкарова наблюдает за буднями команды без излишнего пафоса или углубления в детали: на экране — морская пастораль, овеваемая холодным ветром. То ли крики чаек, то ли поиск спасения в труде заставляют вспомнить Чехова: кто-то пьет чай и борется с трагедией, а кто-то возрождается к жизни, зачерпывая ложкой уху из общего котелка.
Лили сражается не с несправедливостью на работе или стихией, а лишь с собственной слабохарактерностью и недостатком воли. Почти болезненное нежелание Друкаровой что-либо объяснять или выстраивать сложный психологический портрет героини может отталкивать и раздражать своей недосказанностью. Однако в этой сдержанной молчаливости нет авторской позы или стремления придать фестивальному фильму ложной глубины. Друкарова разглядывает свою героиню (которую сама и воплотила) через стеклышко калейдоскопа всех оттенков бирюзы: Лили хмурится, Лили старается, Лили заново учится жить.

Дебутом Друкаровой-актрисы стала картина Аян Шахмалиевой «Это было у моря». Беспризорные девочки взрослели в интернате на морском берегу: воспитанниц тянуло ко дну бремя болезней позвоночника, когда так хотелось оторваться от земли и жить на полную. На экране солировала поэтесса Ника Турбина, а Друкарова была тем же воробышком — только без крыльев, которые ей удалось обрести здесь. Непроизвольно или сознательно (это не столь важно), круг замкнулся: море принесло умиротворение, отраду и упоительный покой в новом витке творческого пути. Большое плавание нужно не только большому кораблю, но и маленькому, и среднему, и крошечному: каждое судно заслуживает того путешествия, в которое оно хочет отправиться.