«История кино: Новое поколение»: Синефильский круиз в бессознательное
На платформе Okko состоялся релиз масштабной документальной ленты «История кино: Новое поколение», продолжительность которой приближается к трем часам. Режиссер Марк Казинс скрупулезно исследует ключевые кинокартины, ставшие классикой в XXI столетии. Фильм был представлен в рамках внеконкурсной программы Каннского кинофестиваля всего несколько месяцев назад. Мы расскажем, как скрупулезный академический труд преобразился в проникновенное видеоэссе, повествующее о животворной энергии творчества.
Картина начинается с неторопливого монолога самого Марка Казинса — известного критика, режиссера, сценариста и оператора. Его повествование лишено суеты, оно медитативно и размеренно. «Кино — это сон», — провозглашает нарратор. Вероятно, поэтому новая работа автора походит не на стандартный документальный проект, а на расслабляющее ASMR-видеоэссе: оно умиротворяет, но при этом щедро делится новыми открытиями. Как заявляет Казинс, его цель — осмыслить трансформацию кинематографа в нынешнем веке и определить ленты, которым уготовано стать новой классикой. Автор выстраивает четкую структуру: в первой части он размышляет о жанровых новациях (в мюзиклах, фильмах ужасов, боевиках и комедиях), а во второй — ищет свежий визуальный язык, способный изменить наше восприятие действительности (речь пойдет о фестивальном и документальном кино).
Казинс — автор, поражающий своей продуктивностью. Он не только провел множество бесед с мировыми знаменитостями и издал несколько книг, но и создал более десятка документальных проектов. Среди них, к примеру, пятнадцатичасовая эпопея о кинематографе прошлого века «История кино: Одиссея»; хроникальный портрет «Глаза Орсона Уэллса», отмеченный специальным призом Канн за лучший документальный фильм, и даже лирическая зарисовка о родном городе «Я — Белфаст». Человек, всю жизнь изучавший кино с позиций дотошного культуролога, проявил себя как истинный поэт: в отличие от многих коллег, Казинс мастерски сочетает строгий аналитический подход с чутким восприятием каждого кадра. Порой создается впечатление, будто живые классики кинематографа сами подсказывают ему верные трактовки во время просмотра.
С академической точки зрения «История кино: Новое поколение» — не безупречное произведение. Казинс систематизирует материал, подкрепляет свои идеи аргументами, но часто обрывает мысль — не из-за нехватки времени, а потому, что стремится выделить из фильмов лишь ключевые фрагменты мозаики. Более тщательную и продолжительную работу по сбору целостной картины зрителю предстоит проделать самостоятельно после просмотра. Каким образом начальные минуты «Образования» Оливии Уайлд схватывают дух эпохи? Благодаря какому приему операторской работы «Оно» вселяет ужас? Почему танцевальный номер из индийской версии «Ромео и Джульетты» оказал большее влияние на жанр мюзикла, чем вся «Богемская рапсодия»? Лента напоминает сборник нескольких видеоэссе: автор анализирует краткие сцены из самых разных картин, но на их основе выносит вердикт целому поколению.
С видеоэссе эту работу роднит и манера подачи. Голос Казинса — доброжелательный и совершенно не поучающий. На протяжении всего фильма возникает ощущение, что о кино тебе рассказывает старый приятель. Разбирая вступительную сцену «Дэдпула», режиссер не скрывает улыбки, а рассуждая о шокирующей ленте Джошуа Оппенхаймера «Акт убийства» о жестоких индонезийских наемниках, погружается в задумчивость. Казинс настолько влюблен в кинематограф, что не способен говорить о нем сухим языком репортера. В итоге даже те небольшие фрагменты, которые он демонстрирует, пробуждают искренний интерес: почти каждую упомянутую картину хочется добавить в список для обязательного просмотра.
«История кино: Новое поколение» блестяще соединяет два подхода к осмыслению современного искусства. Во-первых, просветительский. Казинс доступно разъясняет, как изменилось кино в текущем веке (от изображения телесности до разрушения этических рамок в документалистике) и предлагает своего рода летний список для изучения. Причем в рекомендациях режиссера присутствуют не только сложные поздние работы Жан-Люка Годара или американских независимых авторов, но и такие блокбастеры, как «Джокер» и «Безумный Макс». Вторая же функция фильма — терапевтическая. По ходу повествования Казинс касается темы упадка культуры, пандемии коронавируса и цифровизации общества, однако в целом его прогнозы остаются оптимистичными. Эта ASMR-лекция о кино успокаивает и вселяет веру в будущее — точь-в-точь как наши самые любимые фильмы.
По убеждению Казинса, кино если и не является оружием в борьбе со всемирным злом, то точно представляет собой вескую причину для жизни. Пусть фразы о завораживающей темноте кинозала и гипнотическом гигантском экране звучат привычно, они не теряют своей силы. В этом смысле «История кино: Новое поколение» — не учебное пособие, а таинство, попытка прикоснуться к вечности и идеальному бытию. Даже если эта жизнь существует лишь в волшебной параллельной реальности.
