«Сядь за руль моей машины» Рюсукэ Хамагути: Говорить и слушать
В стриминговом сервисе Okko состоялась премьера нашумевшей драмы «Сядь за руль моей машины» от японского режиссера Рюсукэ Хамагути. Лента получила «Оскар» и приз за лучший сценарий в Каннах. В основе сюжета — рассказ Харуки Мураками из сборника «Мужчины без женщин». Разбираемся, в чем феномен этой работы и почему фильм стоит посмотреть не только поклонникам авторского кино, но и почитателям Антона Павловича Чехова.
Главный герой — театральный режиссер и актер Юсукэ (Хидэтоси Нисидзима). Он прекрасно осведомлен об изменах своей жены-сценаристки (Рэйка Кирисима), но предпочитает делать вид, что ничего не происходит. Мужчина дорожит их союзом: супруга дает честную обратную связь о его игре на сцене и делится замысловатыми сюжетами, из которых мог бы выйти отличный сборник прозы, однако реализовывать писательский дар не спешит. Накануне решающего разговора, способного разрушить их брак, женщина уходит из жизни внезапно и нелепо. Едва оправившись от потери, Юсукэ принимает приглашение поставить «Дядю Ваню» на театральном фестивале в Хиросиме. У режиссера есть любимый красный Saab, но организаторы нанимают для него персонального водителя — немногословную девушку Мисаки (Токо Миура). Раньше Юсукэ всегда сам исполнял главную роль в чеховской пьесе, но теперь решил сосредоточиться на режиссуре. На кастинг приходит любовник покойной жены (Масаки Окада), и обманутый муж, к всеобщему удивлению, утверждает его на эту роль. Каждый день Юсукэ преодолевает путь от дома до места репетиций, слушая в машине аудиокассету с голосом супруги — так они когда-то вместе разбирали пьесы по ролям. Погружаясь в воспоминания, режиссер заново осмысляет историю их отношений и постепенно находит путь к сердцу замкнутой Мисаки, у которой тоже есть своя тяжелая история.
Сегодня имя Рюсукэ Хамагути — одно из самых громких в современном японском кинематографе. Да, он пока не получил «Золотую пальмовую ветвь», как Хирокадзу Корээда («Магазинные воришки»), но каждая его новая лента становится открытием. После оглушительного успеха на «Оскаре» и в Каннах за «Сядь за руль моей машины» особенно интересно, какой поворот режиссер выберет дальше.
Однако путь к мировой известности был долгим. Ранние работы Хамагути практически не выходили за пределы Японии. С 2007 по 2013 год он снял девять документальных и художественных картин. Поворотным моментом стала пятичасовая драма «Счастливый час», попавшая в конкурсную программу фестиваля в Локарно. Это история о четырех подругах, чья жизнь меняется, когда одна из них решает уйти от мужа, но тот не дает согласия на развод. Вскоре женщина бесследно исчезает. Критики сравнивали эту работу с разговорными драмами Ингмара Бергмана, хотя сам Хамагути чаще упоминал влияние Джона Кассаветиса, Андрея Тарковского и Микеланджело Антониони. «Счастливый час» снимался с непрофессиональными актрисами, и четыре исполнительницы главных ролей получили общий приз за лучший женский актерский состав.
В 2018-м Хамагути впервые заявил о себе в Каннах с загадочной мелодрамой «Асако I и II». Ее героиня тяжело переживает исчезновение возлюбленного, а спустя годы случайно встречает в другом городе его двойника.
В 2021-м фильм-антология «Случайность и догадка» принес режиссеру Гран-при Берлинского кинофестиваля. Три новеллы о любви объединены темой неожиданных встреч и совпадений, где обыденность переплетается с почти мистическими событиями. В картинах Хамагути каждая деталь имеет вес. Здесь нет случайных реплик или персонажей — все подчинено внутренней логике повествования. В его вселенной случайности подчас играют роль божественного промысла, только вместо высших сил действуют судьба, рок или просто стечение обстоятельств. Реальность и сюрреализм в его фильмах всегда идут рука об руку.
Творчество Хамагути неразрывно связано с литературой, его кино вырастает из текста. Если в «Случайности и догадке» уже угадывались чеховские интонации (особенно в малой прозе), то «Сядь за руль моей машины», где ключевую роль играет «Дядя Ваня», а репетициям отведено значительное экранное время, можно смело считать оммажем русской классической драматургии. Вплетая сюжет пьесы в канву фильма, режиссер показывает универсальность чеховских тем и одновременно стремится достичь той же глубины. «Сядь за руль моей машины» — безусловный кандидат в современную классику, картина, которая останется в истории вне зависимости от количества наград.
Рассказ Харуки Мураками, ставший основой для сценария, Хамагути превратил в трехчасовое полотно. Похожий прием ранее использовал Ли Чхан-дон, создав «Пылающий» по мотивам другого небольшого произведения японского писателя. Оба режиссера не просто экранизируют текст, а предлагают его смелую интерпретацию, подчеркивая, что проза Мураками допускает множество прочтений. Крепкая фабула рассказа позволяет наполнить его новыми смыслами, создав самодостаточное произведение. И «Пылающий», и «Сядь за руль моей машины» — это не экранизации в прямом смысле, а скорее вариации на тему, бережно сохраняющие дух оригинала.
Идею универсальности чеховского текста подчеркивает и необычная постановка внутри фильма. Актеры играют «Дядю Ваню» на корейском, японском, английском и даже языке жестов. Язык здесь перестает быть национальным маркером, превращаясь в гибкий материал для творчества. Чехов преодолевает границы, становясь фигурой общечеловеческого масштаба. Ведь язык может быть и барьером, и мостом. Хамагути преодолевает этот барьер дважды: на театральных подмостках и в замкнутом пространстве автомобиля.
В центре фильма — невозможность прямого диалога. Юсукэ так и не решился обсудить с женой ее измену, не смог выразить свою боль. Ни он, ни Мисаки не готовы говорить о прошлом. Но без проработки старых ран невозможно двигаться дальше. Режиссер словно запирает их в одной машине, не давая выхода, пока они не начнут проговаривать самое сокровенное, открываясь друг другу и зрителям. Именно этим оправдан хронометраж: нам нужно прочувствовать этот медленный, мучительный путь к ответам на вопросы, которые не дают жить.
Как и в прежних работах Хамагути, «Сядь за руль моей машины» окутан атмосферой тайны и недоговоренности. Особого внимания заслуживает история, которую героиня рассказывала и мужу, и любовнику (оставим ее интригу за кадром). Финал этой истории менялся в зависимости от слушателя — словно она заранее адаптировала ее для каждого. Это подводит к важной мысли: мало уметь говорить, не менее важно уметь слушать. К этому осознанию Юсукэ и Мисаки придут через боль и время.
«Сядь за руль моей машины» — это кино, сотканное из полутонов. Напряженные психологические диалоги сменяются тихими паузами между репетициями и созерцательными поездками вдоль побережья. Но даже дорога здесь неспокойна: Хиросима — город с тяжелой историей, место национальной травмы для каждого японца. И красный Saab во второй половине фильма уносит героев из залитого солнцем города в заснеженный Хоккайдо. Туда, где можно начать сначала, когда терять уже нечего.
