«Секс в большом городе» уже мамонт, но очень важный

Если смотреть на «Секс в большом городе» глазами современного зрителя, привыкшего к новым сериалам, он может показаться слегка старомодным. Однако не стоит обманываться: этот проект стал настоящей революцией для телевидения и сыграл колоссальную роль в жизни миллионов женщин по всему миру. И автор этого материала — не исключение.

За почти четверть века о культовом ситкоме было сказано невероятное количество слов: написаны статьи и книги, записаны подкасты, а в 2023-м шоу даже триумфально вернулось на экраны со вторым сезоном продолжения «И просто так». В онлайн-кинотеатрах AMEDIATEKA и Okko (по подписке «Премиум») уже доступны свежие эпизоды и все предыдущие серии. Но можно ли сказать что-то новое о проекте, который давно признан эталоном и породил армию подражателей? Почему бы не довериться технологиям. Мы решили узнать у нейросети ChatGPT, есть ли смысл пересматривать оригинальный сериал спустя 25 лет после его премьеры.

Искусственный интеллект выделил три ключевые причины:

— это культурный феномен и классика жанра;

— отличный способ провести время и получить удовольствие;

— повод для вдохновения и живых дискуссий.

Если с двумя последними пунктами всё более или менее ясно, то первый определенно заслуживает более глубокого погружения.

Кэрри без прикрас: какой она была на самом деле

ChatGPT называет «Секс в большом городе» «иконическим» телехитом, превратившимся в культовое явление 90-х. Позволим себе небольшую правку: скорее уж легендарным, чем иконическим. Да и пик своего влияния сериал переживал уже на стыке тысячелетий, стартовав в 1998-м и завершившись в 2004-м после шести сезонов. И, конечно же, нейросеть упускает из виду главную создательницу этой вселенной, без которой ничего бы не вышло.

Отправной точкой для будущей саги стала книга журналистки Кэндес Бушнелл, которая выросла из её популярных газетных колонок. Читать её сегодня, возможно, не слишком увлекательно: вы встретите там Кэрри, но вот Саманты, Миранды и Шарлотты и в помине нет. Бушнелл вела колонку в New York Observer и обладала редким даром располагать к себе собеседников, заставляя их говорить откровенно. В 94-м ей было 35, и её положение незамужней женщины (только представьте!) вызывало массу вопросов. За свои тексты она получала по тысяче долларов — на 250 больше, чем другие авторы. Туфли Бушнелл покупала исключительно на распродажах. Её дебютная колонка была посвящена секс-клубу, вход в который стоил 85 долларов, однако вывод был неожиданно прост: «Я осознала, что лучшее место для секса — это собственная квартира». Следующие пару лет Кэндес просидела за столом в чужой квартире, исписывая страницу за страницей, и незаметно для себя превратилась из никому не известного фрилансера в настоящую звезду Нью-Йорка. Вряд ли она могла вообразить, что её заметки однажды станут основой для одного из самых успешных телепроектов в истории.

Сюжеты для своих заметок Бушнелл черпала из реальности: она много встречалась с мужчинами, анализировала неписаные правила свиданий в мегаполисе и выводила настоящих знаменитостей под вымышленными именами (хотя ни для кого не было секретом, что за писателем Ривером Уайлдом скрывается Брет Истон Эллис, автор нашумевшего «Американского психопата», а режиссёр Грегори Роуг — это не кто иной, как Оливер Стоун). Был в её жизни и тот самый Мистер Биг — владелец издательского бизнеса, счастливый обладатель Ferrari и бойфренд супермодели. Что касается имени Кэрри Брэдшоу, так звали приятельницу той самой модели. Постепенно именно переживания и приключения Кэрри вышли на первый план, сделав колонку главным магнитом для читателей Observer.

У самой колонки Бушнелл имелась богатая литературная родословная: тема одинокой женщины всегда волновала писателей, а название явно перекликалось со знаменитой рубрикой Хелен Гёрли Браун Sex and the Single Girl, появившейся в 1962-м. Кстати, позднее именно Браун возглавила первый в России глянцевый журнал, став главредом отечественного Cosmopolitan. Но это уже совсем другая история.

Как антигероиня нашла свой путь на экран

Колонка Бушнелл мастерски скрестила два востребованных жанра — исповедь одинокой женщины и светскую хронику, приправив всё это изрядной долей сарказма. Когда заметки были изданы отдельной книгой, она стала своеобразным американским ответом нашумевшим «Дневникам Бриджит Джонс» британки Хелен Филдинг. Кэрри и Бриджит были полными противоположностями: одна комплексовала из-за лишнего веса, другая легко меняла партнёров; Бриджит купалась в лучах дружеской поддержки, а Кэрри, несмотря на бурную светскую жизнь, оставалась мрачноватой и циничной. По сути, Кэрри Брэдшоу —典型ная антигероиня своей эпохи, ведь Бушнелл намеренно не хотела создавать симпатичных персонажей. «Мои женщины далеки от идеала с точки зрения морали», — откровенно признавалась Кэндес.

В число поклонниц её творчества попала Джейми Тарсис, которая в 96-м заняла пост президента ABC Entertainment. До этого она работала на NBC, где приложила руку к запуску нескольких хитов про молодёжь — «Друзья», «Безумные» и «Каролина в Нью-Йорке». Тарсис было всего 32, и она стала не только самой молодой руководительницей развлекательного направления крупной телекомпании, но и первой женщиной на таком посту. Она была убеждена, что колонки Бушнелл — идеальный материал для сериала, который ей самой было бы интересно посмотреть. На тот момент ничего подобного на ТВ просто не существовало. И здесь кроется один из главных секретов грандиозного успеха: в основе сценария лежал настоящий женский опыт, а не придуманные мужчинами-авторами истории.

Само собой, проект с таким провокационным названием и откровенными сценами никогда бы не пропустили на общедоступном канале, так что мечте Тарсис, казалось, не суждено было сбыться. Но идея уже витала в воздухе и ждала подходящего продюсера. Им оказался Даррен Стар, у которого Бушнелл брала интервью для Vogue ещё до запуска собственной колонки. Вместе с Аароном Спеллингом Стар создал эталон молодёжного ТВ — «Беверли-Хиллз, 90210» и «Мелроуз Плейс». Журналистка подружилась с продюсером, и однажды он сам предложил выкупить права на экранизацию её заметок. Кэндес была в замешательстве. Претендентов было трое: ABC, кабельный канал HBO и кинокомпания. Первые казались слишком «стерильными», вторые ориентировались на мужскую аудиторию, а от киношников и вовсе можно было ждать чего угодно. В итоге Бушнелл сделала ставку на друга — ведь Даррен Стар не просто наблюдал за рождением «Секса» на бумаге, но и лично знал многих прототипов героев. Правда, сам Стар понятия не имел, как перенести всё это на экран. Позже он признался New York Times: «В Нью-Йорке было от силы человек 50, кто был в курсе этой тусовки. Мне предстояло сделать этот мир понятным для всех».

Как «Секс в большом городе» проложил путь «Игре престолов»

Попытка Стара сделать сериал без Спеллинга — «Нью-Йорк, Центральный парк» — с треском провалилась. Вдобавок он окончательно разочаровался в системе эфирных каналов с их тотальным контролем и вечной гонкой за рейтингами. Переход на кабельное телевидение сулил гораздо больше свободы — и это ещё один ключ к феномену «Секса в большом городе». Если уж браться за тему секса, глупо ограничиваться стыдливыми сценами под одеялом. Максимальная откровенность в диалогах и на экране сделала шоу невероятно притягательным, даже если проблемы героинь были далеки от зрительских. Ну не все же коллекционировали туфли, но сексом-то занимались практически все!

Для разговоров на интимные темы Стар избрал ироничный тон — известный приём, позволяющий легче воспринимать серьёзные вещи. В этом смысле его детище — чистейший продукт постмодернизма, ведь ирония здесь смягчает табуированные для телеэкрана темы (аборты, бесплодие, мастурбацию). При этом режиссёр подчёркивал, что единого взгляда на проблему не существует, и каждая из четырёх женщин была по-своему права. Конечно, Америку он не открыл, но именно такие неоднозначные персонажи, чьи поступки нельзя оценить чёрно-белыми категориями, со временем стали двигателем современного телевидения — просто потому, что так больше похоже на правду. И в этом тоже немалая заслуга Кэрри и её подруг.

Аудитория HBO тогда была куда скромнее, чем у ABC, но Даррена Стара коммерческий успех волновал меньше, чем творческая реализация. Ему хотелось гордиться своей работой. Победа HBO в борьбе за права на сериал стала знаковой: она ознаменовала новый этап в истории канала, который в итоге привёл к золотому веку телевидения. Кабельщики начали вкладываться в собственные проекты, делая ставку на качество и амбиции создателей. Так на свет появились «Клан Сопрано» и «Клиент всегда мёртв», а затем и величайший хит HBO — «Игра престолов». Появилась бы экранизация Джорджа Мартина без смелого решения Даррена Стара снимать сериал о четырёх подругах именно на кабельном? Вопрос, конечно, риторический.

Вечный вопрос: чего же хотят женщины?

Когда Стар сел за сценарий, он быстро понял, что колонки Бушнелл не так-то просто адаптировать для экрана. Поначалу он даже думал сделать антологию, где Кэрри закадровым голосом рассказывала бы чужие любовные истории, но в итоге сосредоточился не столько на героине колонок, сколько на самой Кэндес. То есть та Кэрри, которую мы знаем по сериалу, — это не совсем та жёсткая антигероиня из заметок. Стар смягчил её, добавил человечности, сделал внешне сильной, но внутренне ранимой.

Кэрри нужно было кем-то окружить, и Стар не стал изобретать велосипед, собрав вокруг неё трёх подруг (квартеты тогда были в моде везде — от музыки до сериалов), но с фокусом на личной жизни главной героини. Центральным стал вопрос, который в патриархальном обществе задавать было как-то не принято: а что, если женщина начнёт относиться к сексу по-мужски? Что, если она будет открыто обсуждать мужчин, смеяться над их недостатками с подругами, уходить после одной ночи, не видеть в каждом партнёре потенциального мужа и просто получать удовольствие? Сейчас это кажется обыденным, но для телевидения конца 90-х такие темы были настоящей революцией.

Ходит легенда, что телеверсия фильма Бергмана «Сцены из супружеской жизни» спровоцировала всплеск разводов в Швеции. «Секс в большом городе» вырастил целое поколение женщин-иксерок (тех, кому сейчас за 50), научив их не спешить с замужеством, экспериментировать с одеждой (кстати, знаменитую юбку из заставки купили всего за пять долларов), ценить свою независимость и дружбу, но главное — видеть в мужчине партнёра. Знаменитая фраза Кэрри о том, что, «возможно, некоторых женщин не нужно приручать, возможно, им нужна свобода, пока они не встретят такого же свободного человека, готового бежать рядом», так запала в душу, что установка «лишь бы был, лишь бы мой» окончательно вышла из моды.

К тому же сериал привил зрителям любовь к консьюмеризму, но об этом как-нибудь в другой раз. Хотя раньше мало кто связывал секс и шопинг, героини «Секса» сделали эту связь практически неразрывной.

Кто из них кто: рождение архетипов

Каждая из четырёх героинь — это чистый архетип. Романтичная искательница Кэрри, карьеристка и наставница Миранда, принцесса и хранительница очага Шарлотта, свободная и чувственная Саманта. Но львиная доля успеха зависела от того, кто сыграет Кэрри Брэдшоу. Именно ей предстояло вести зрителя по Нью-Йорку, знакомить с персонажами и погружать в водоворот их личной жизни. От того, насколько она расположит к себе аудиторию, зависело, будут ли люди включать HBO каждую неделю.

Когда сценарий был готов, Стар видел в главной роли только Сару Джессику Паркер. В ней идеально сочеталось всё: яркие голубые глаза, пышные кудри, обаятельная улыбка, профиль в стиле Барбры Стрейзанд, безупречное чувство стиля и шикарная фигура. Проблема была в том, что сама актриса себя в этом образе не видела. Да и связываться с сериалом не очень-то хотелось — в те времена съёмки на ТВ считались не самым престижным занятием, а у Паркер вполне успешно складывалась карьера в кино. Убедить её удалось просто: она прочитала сценарий (ей понравилось) и соблазнилась возможностью попробовать себя в роли продюсера (это было для неё новым и интересным).

Миранду сыграла театральная актриса Синтия Никсон. Создав образ умной, но разочаровавшейся в любви юристки, Стар коснулся опасной для Голливуда темы: ведь «умная» тогда часто означало «некрасивая». Кому захочется ассоциировать себя с такой героиней? Никсон таких предрассудков не имела. «Мне было любопытно сыграть такую циничную, резкую и агрессивную женщину, потому что я всю дорогу была актрисой-ребёнком с длинными светлыми волосами. Вечно эти роли “девочки-цветочка” — я хотела наконец вырасти из этого». Синтия идеально подходила на роль, за исключением одного: она была блондинкой. Согласившись перекраситься в рыжий, Никсон превратилась в настоящую Миранду.

Шарлотта нашлась сама — Кристин Дэвис, прослышав о кастинге, добилась встречи со Старом (они были знакомы по «Мелроуз Плейс»). К тому же у Дэвис был комедийный дар, а она к тому моменту застряла в мелодрамах и очень хотела попробовать что-то новое.

Самым сложным оказался поиск актрисы на роль Саманты — нужно было сыграть разбитную женщину, не скатываясь в карикатуру, и при этом оставаться убедительной. Утверждённая в итоге Ким Кэтролл была полной противоположностью своего персонажа: она с трудом дочитала книгу Бушнелл до середины и терпеть не могла модников и завсегдатаев новых ресторанов. Будучи на 10 лет старше остальных актрис, Кэтролл уже успела разочароваться в жизни и согласилась сниматься только в надежде, что её героиня получит развитие.

В итоге каждая женщина могла найти в «Сексе в большом городе» отражение себя. «Ой, я просто вылитая Шарлотта» или «Я — типичная Миранда» — такие разговоры можно было услышать по всему миру. И в этом, бесспорно, заслуга точно выбранных архетипов.

Их главные уроки для нас

Сегодня «Секс в большом городе» воспринимается довольно неоднозначно. Если смотреть его с позиции 2020-х или, скажем, в более зрелом возрасте, ощущения будут странными. Вы наткнётесь и на сексизм, и на мизогинию, и на гомофобные нотки, но главное — зададитесь вопросом: почему героини такие инфантильные и не ценят тех, кто к ним хорошо относится? Почему они так зациклены на постели и брендах? Отчасти эту проблему попытались решить в продолжении «И просто так», но во втором сезоне персонажи, увы, стали совсем уж неправдоподобными.

Как и любой продукт своей эпохи, сериал Стара оказался жизненно важным для целого поколения. Мы усвоили, что стыдить женщин за сексуальную жизнь — неправильно, поняли, что идеальный секс не случается с первого раза, осознали, что дружба порой важнее любви, а любовь — как те самые совы из «Твин Пикса» — вовсе не то, чем кажется. Но самый главный урок: у каждого человека — свой собственный хеппи-энд. Мы настолько разные, что счастье для одной может стать кошмаром для другой. Кто-то мечтает о куче детей, а кому-то и одного много. Одна хочет стабильности и покоя, другая — свободы до самой старости. Безусловно, учиться жизни по телевизору не стоит — для этого есть собственные шишки и ошибки знакомых. Тем не менее «Секс в большом городе» стал настоящим феноменом, оказав колоссальное влияние на поп-культуру и общественное сознание своего времени. Понимание истории этого сериала помогает лучше осознать его роль в эволюции телевидения и в изменении общественных взглядов на сексуальность, отношения и женскую независимость.

За всё время сериала Кэрри задаёт 92 вопроса. Много это или мало? Сегодня совсем другие шоу будут влиять на молодёжь, а девушки из «Секса» со временем, возможно, станут такими же далёкими и непонятными, как степфордские жены из фильмов середины прошлого века. Но когда вы будете смотреть очередной спин-офф «Игры престолов» или какой-нибудь новый крутой сериал, вспомните: всегда был кто-то первый, кто решил плыть против течения. И даже если его маршрут был не идеален, его вклад всё равно невероятно важен. Не верите — спросите у ChatGPT.

При написании статьи использовались материалы книги Дженнифер Армстронг Sex and the City and Us.