Рецензия на фильм Паоло Соррентино "Грация". Бремя лидерства

Творческий кризис рано или поздно настигает каждого художника. Судя по последним работам, эта участь не обошла и Паоло Соррентино. Эпатажный итальянский мастер, стремительно взлетевший в высшую лигу мирового кинематографа благодаря фильму "Великая красота" – масштабной трагикомедии о возвышенных метаниях римского бомонда. Спустя два года он закрепил успех философской притчей "Молодость", затрагивающей вечные вопросы влияния искусства на личность и, конечно, болезненных отношений отцов и детей.

К сожалению, с момента выхода последней из упомянутых картин прошло уже более десятилетия, а в фильмографии режиссера за это время так и не появилось ничего сопоставимого по уровню. Просмотр его недавних лент, "Рука бога" и "Партенопа", невольно наталкивает на мысль, что Соррентино впал в откровенное графоманство, пытаясь компенсировать отсутствие глубокой мысли роскошными пейзажами родного Неаполя.

Однако выход его новой работы "Грация", премьера которой состоялась в августе прошлого года на Венецианском кинофестивале, все же давал надежду на возвращение былой формы. Ведь здесь режиссер обратился к теме большой итальянской политики, погружая зрителя в ее закулисье. Стоит отметить, что в творчестве Паоло эта тема исследуется не впервые. "Грация" – третья по счету лента в цикле, известном поклонникам как "трилогия о власти".

Хронологически первой в этой трилогии стала картина "Изумительный", посвященная финальным годам на посту премьер-министра скандально известного политика Джулио Андреотти. На протяжении всех его семи сроков у власти существовали серьезные подозрения в связях с мафией для устранения неугодных:

• набирающих влияние конкурентов из оппозиционных партий;
• журналистов, собиравших на него компрометирующие материалы;
• несговорчивых банкиров и представителей силовых структур.

Второй частью цикла является фильм "Лоро", повествующий о жизни еще одной одиозной фигуры итальянского истеблишмента – Сильвио Берлускони. В этой работе Соррентино отчасти затронул деликатный вопрос о том, что происходит со страной, когда бразды правления оказываются в руках предприимчивого бизнесмена, внедряющего на государственном уровне изобретательные и непрозрачные схемы.

Отдельной темой в "Лоро" стала раздражающая многих избирателей неспособность Берлускони вести себя на публике. Его вечная натянутая улыбка и неуместные шутки в присутствии журналистов и высокопоставленных иностранных гостей часто создавали на официальных мероприятиях атмосферу неловкости и фарса. То, что на международной арене премьер-министр создал себе имидж легкомысленного шута, злило даже некоторых его сторонников, не говоря уже об обычных гражданах.

И вот, спустя восемь лет после "Лоро", Соррентино завершил трилогию о власти картиной "Грация".

Но если предыдущие работы цикла были посвящены реальным политическим деятелям, то центральный персонаж "Грации" – фигура вымышленная. Сюжет сосредоточен на Мариано Де Сантисе, президенте Италии, которому осталось провести на своем посту последние полгода перед заслуженной отставкой. Однако на прощание ему предстоит столкнуться с серьезной политической дилеммой – законопроектом о легализации эвтаназии, принятие которого может спровоцировать глубокий раскол в обществе.

Прежде чем продолжить анализ, важно сделать уточнение: слово "грация" в названии фильма используется не в привычном значении. В итальянском контексте оно переводится как "помилование" или "милосердие".

На фоне остального творчества Соррентино "Грация" выглядит необычно сдержанно и даже аскетично.

Паоло отказался от свойственной ему яркой цветовой палитры в пользу холодных, меланхоличных тонов. Кроме того, величественные памятники итальянской архитектуры, всегда бывшие неотъемлемой частью его фильмов, здесь почти не попадают в кадр. "Грация" лишена характерного для режиссера глянцевого лоска, став более камерным произведением, что делает ее одной из самых нетипичных работ в его фильмографии.

И главный герой здесь – не классический беспечный аристократ, которых у Соррентино было предостаточно. Этот президент Италии предстает замкнутым прагматиком, тоскующим по рано ушедшей жене. В отличие от Андреотти и Берлускони, наслаждавшихся властью и цеплявшихся за нее до конца, Мариано Де Сантис – персонаж совсем иного склада (символично, что всех троих в трилогии сыграл Тони Сервилло). Будучи блестящим юристом, он привык тщательно обдумывать каждое решение, оценивая его пользу или вред для простых итальянцев.

Значительная часть фильма посвящена мучительным внутренним метаниям этого дотошного рационалиста, столкнувшегося с дилеммой, у которой нет однозначно правильного решения. С одной стороны, легализация эвтаназии могла бы облегчить участь неизлечимо больных людей, чья жизнь стала непереносимым страданием для них самих и тяжелым бременем для близких. С другой стороны, принятие такого закона немедленно вызовет протесты высших иерархов Ватикана и их паствы, поскольку эта инициатива прямо противоречит заповеди "Не убий".

Естественно, эта щекотливая ситуация заставляет Мариано Де Сантиса задаваться вечными духовно-нравственными вопросами. Должен ли он, будучи глубоко верующим католиком, оставаться в рамках церковных догматов? Или ему следует отбросить личные убеждения и мыслить исключительно как политик, чей долг – служить народу, а не Богу? Кому принадлежит человеческая жизнь – Творцу или самому человеку? Если Господь милостив, то желает ли Он, чтобы его верные рабы страдали от тяжких недугов, не имея возможности прекратить свои мучения?

Дискуссии на подобные темы могут длиться бесконечно, не приводя к ответу, который устроил бы всех.

Вероятно, именно в разрешении таких противоречий и заключается истинное бремя лидерства. Сталкиваясь со сложной и ответственной задачей, правитель должен думать не о том, как угодить каждому, а иметь смелость сделать спорный и неоднозначный выбор, который не всем придется по душе.

Однако эти рассуждения подаются зрителю не в форме сухого политического формализма, а скорее как непринужденная беседа, в которой находится место и юмору. Очевидно, Соррентино не стремился создать образ вершителя судеб, а хотел показать обычного человека, которому не чужды сомнения, неуверенность и некоторая доля снобизма.

В поисках решения президент идет на беспрецедентный шаг, нарушая государственные протоколы, чтобы лично пообщаться с заключенными, получившими пожизненные сроки за убийство своих неизлечимо больных родственников. Жизненный опыт этих людей, столкнувшихся с невыносимым выбором, нельзя найти ни в одном правительственном документе – его можно только пережить.

В целом фильм полностью оправдал ожидания. "Грация" стала достойным завершением трилогии о власти.

Соррентино сохранил свой фирменный стиль и визуальный шарм, но на сей раз исключил из уравнения безмерную претенциозность, которая в последних работах стала ему вредить. Успеху картины также во многом способствовала очередная актерская виртуозность Тони Сервилло, сменившего вальяжные аристократические манеры на холодную вдумчивость и строгий деловой костюм.

Фильм получился удачным, однако я бы настоятельно рекомендовал всем интересующимся кинематографом ознакомиться со всей трилогией целиком. Эти три картины, работающие как единый механизм, наглядно подтверждают старую как мир истину: власть не бывает хорошей или плохой – таковой она может быть лишь в глазах обывателя.