Рецензия на сериал "Сёгун". Смазанный портрет феодальной Японии

Легенда гласит, что Япония рождена мечом. Именно этой фразой открывается эпичное полотно Эдварда Цвика «Последний самурай», где главную роль — отставного американского военного, стремящегося постичь уникальный уклад жизни и загадочные кодексы великих японских воинов, — исполнил Том Круз. Эта картина по праву считается одним из самых ярких образцов целой плеяды масштабных исторических драм, подаренных нам Голливудом на рубеже девяностых и двухтысячных годов.

Такие фильмы, как «Храброе сердце» Мела Гибсона, «Патриот» Роланда Эммериха, «Гладиатор» и «Царство небесное» Ридли Скотта, «Троя» Вольфганга Петерсена, «Холодная гора» Энтони Мингеллы, «Семь лет в Тибете» Жан-Жака Анно и, конечно, сам «Последний самурай», заставляют задуматься: то время было поистине золотой эпохой для костюмированных эпопей, которую многие поклонники жанра до сих пор вспоминают с особой теплотой.

Я начал этот текст с упоминания «Последнего самурая» не случайно. У меня есть стойкое ощущение, что при создании этой ленты Эдвард Цвик и его команда во многом ориентировались на роман Джеймса Клавелла «Сёгун» — уж слишком много в них сюжетных параллелей. Для тех, кто не знаком с книгой Клавелла, стоит уточнить: это произведение по своему объёму и глубине скорее напоминает энциклопедию, нежели лёгкое развлекательное чтиво. Помимо увлекательной авантюрной линии, «Сёгун» представляет собой невероятно детализированный портрет Японии XVII века, где досконально описаны:

• Политические и религиозные воззрения правящей элиты.
• Сложные и загадочные обычаи и традиции Страны восходящего солнца.

Действие сериала «Сёгун», снятого по одноимённому роману Клавелла, разворачивается в семнадцатом веке на японских островах.

У их берегов, недалеко от деревни Андзиро, терпит крушение голландское судно «Эразм» под командованием английского штурмана Джона Блэкторна. В этот момент страна находится на грани гражданской войны. Внутренняя обстановка напоминала легендарные местные клинки, одержимые жаждой крови, которые, словно живые, рвутся из ножен, чтобы обрушиться на врагов.

В этой напряжённой атмосфере Ёси Торанага — один из могущественнейших правителей, владеющий несколькими крупными провинциями, и легендарный полководец, не знавший поражений, — решает, что варвар, сведущий в морском и военном деле, может стать ценным союзником в грядущем конфликте. Так Блэкторн попадает в плен к Торанаге. Теперь Джону, мечтающему вернуться в Англию, предстоит трудная адаптация к чуждой культуре, преодоление языкового барьера и подготовка к войне, в которую он втянут против своей воли.

Стоит briefly пояснить суть титула сёгуна и связанной с ним власти. Формальным правителем Японии считался император, потомок божеств, которого народ воспринимал как живое божество, а не как обычного монарха. Императоры были оторваны от реальной жизни и владели всеми землями, однако законы позволяли собирать налоги только самураям, что делало это владение символическим.

Реальная же власть была сосредоточена в руках сёгуна. Именно он проводил реформы, издавал законы и определял курс развития страны. На этот титул претендовали самые влиятельные самурайские кланы, что часто приводило к жестоким междоусобицам в борьбе за верховенство.

Если начинать разбор сериала с достоинств, то в первую очередь стоит отметить высокое качество постановки.

На протяжении всех десяти серий зрителя радуют:

• Живописные локации.
• Богатые, детализированные костюмы.
• Масштабные декорации и массовки.

Всё это невольно возвращает память к той самой золотой эпохе исторического кино. Отдельная благодарность создателям за смелость — они не побоялись взрослого рейтинга, сделав сериал жёстким и кровавым, что полностью соответствует духу первоисточника. В целом, видно, что студия FX не скупилась на финансирование, поэтому претензии к визуальной составляющей, если и возникают, то носят незначительный характер.

Однако ключевая проблема «Сёгуна», которая перевешивает многие его плюсы, заключается в весьма неудачной адаптации книги. Тем, кто не читал роман, сериал может понравиться, но мне, как знакомому с произведением Клавелла, работа сценаристов показалась крайне слабой. Представьте, что ученика младших классов заставили прочитать «Войну и мир», а потом по памяти написать по ней изложение. Результат будет примерно таким же.

Фактически, из книги выдернули несколько основных сюжетных линий, выбросив огромный пласт японской культуры, обычаев и традиций, которым Клавелл уделил столько внимания. Образовавшуюся пустоту заполнили изрядной долей современной повестки. Даже центральный конфликт между Торанагой и членами Совета регентов подан в максимально упрощённом, если не сказать примитивном, виде.

Чтобы было понятно, каким мог бы быть этот проект при более ответственном подходе, отмечу несколько важных аспектов, которые создатели предпочли проигнорировать.

Наиболее заметным упущением стало почти полное игнорирование темы деятельности католической церкви в Японии — этот важный исторический пласт лишь слегка обозначен. Сложно сказать, сделано ли это из-за нежелания перегружать сюжет или из боязни затрагивать болезненные вопросы.

Многие католические миссионеры, столкнувшись с местными обычаями, сочли Японию рассадником греха и явились туда не как гости, а как самопровозглашённые спасители, несущие «огнь просвещения», который вскоре превратился в кнут принуждения. Католическая община сплела настолько обширную сеть влияния, что стала напоминать религиозных оккупантов, стремящихся перекроить чужой монастырь под свой устав.

Ещё одной чертой иезуитов, которую в своём романе очень хорошо раскрыл Клавелл, была жажда наживы их лидеров.

Как метко сказал один из персонажей фильма «Голгофа»: «Мир рухнет, когда католическая церковь утратит свой интерес к деньгам». Эта фраза идеально описывает деятельность иезуитов в Японии. Выступая посредниками в жизненно важной для японцев торговле с Китаем, а также сотрудничая с португальскими «чёрными кораблями», церковь получала огромные прибыли.

Зачастую священнослужители пеклись о сохранности грузов больше, чем о душах паствы. Благодаря этому католическая церковь имела серьёзный вес не только в религии, но и в политике с экономикой. Её влияние могло быть ещё сильнее, поскольку многие правители склонялись к принятию христианства, но их останавливал, например, запрет на развод, неприемлемый для японской знати. Иезуиты даже обращались в Ватикан с просьбой сделать для японской элиты исключение, но получили отказ. Сама эта ситуация красноречиво показывает, как легко некоторые «высокодуховные» лица готовы были менять каноны ради власти и денег. Почему создатели сериала обошли это стороной — остаётся загадкой.

Также мне бы хотелось отдельно уделить внимание феминистской повестке в сериале.

С тем, что её теперь встраивают едва ли не в каждый крупный проект, можно смириться, если она не слишком навязчива. Однако создателям «Сёгуна» следовало быть осторожнее, ведь речь идёт об эпохе тотального патриархата в Японии.

Да, женщины могли стать самураями, так как суть самурая — в служении господину, а это поощрялось независимо от пола. Но во всех остальных сферах жизни доминировали мужчины. К примеру, женщина за столом не имела права начинать есть, пока не закончит трапезу её муж.

На этом фоне некоторые сцены в сериале выглядят крайне неуместно. Учитывая строгие патриархальные устои, было странно видеть, как одна решительная героиня заявляет о намерении возглавить главный орган управления страной, не встречая при этом никакого сопротивления. Вот это и есть пример глупой, невпопад вставленной повестки.

Если уж требовалось добавить арку о сильных женщинах, её стоило прописать так, чтобы она не противоречила историческому контексту и книге. Ирония в том, что в оригинальном романе японские женщины были изображены куда более мудрыми, изобретательными и самостоятельными, чем в этом «прогрессивном» сериале.

Это стремление идти в ногу со временем негативно сказалось на некоторых персонажах. Например, Анне Савай, исполнившей роль Тоды Марико. Живая и энергичная героиня книги на экране превратилась в молчаливую, замкнутую мученицу, тихо борющуюся за права женщин. Сложно сказать, радоваться ли за актрису или сочувствовать ей, но по-настоящему проявить свой талант ей удалось лишь в одной из финальных серий. В остальное время её персонаж был настолько бледен, что его могла бы сыграть практически любая другая актриса. Виновата в этом не Анна Савай, а слабая и невнятная трактовка образа сценаристами.

Однако, если говорить о настоящем разочаровании, то тут впереди планеты всей оказался Космо Джарвис, сыгравший Джона Блэкторна.

На протяжении всего сериала он производит впечатление актёра-любителя, настолько шокированного своим назначением на главную роль в масштабном проекте, что он так и не смог избавиться от выражения глуповатого недоумения на лице. Этой же гримасой он сопроводил все свои реплики и с трудом выдавил из себя эмоции в драматических сценах.

Своим вечно удивлённым видом Джарвис выглядел как человек, впервые попавший на съёмочную площадку и не понимающий, что от него требуется. Честно говоря, во многих сценах его персонажа можно было бы заменить деревянным манекеном без особого ущерба для сериала, поскольку зритель видит не героя, а просто слабую актёрскую игру.

Единственные, кого хочется похвалить из актёрского состава, — это ветераны японского кино Хироюки Санада и Таданобу Асано. Первый органично и достоверно воплотил образ Торанаги — правителя исключительного ума и дальновидности, способного побеждать ещё до начала битвы. Асано же создал убедительный портрет двуличного даймё Ябусиги, не обладающего гениальностью своего покровителя, но готового на предательство при первой же возможности. Именно их работа, наряду с трудом костюмеров, гримёров и декораторов, стала самым сильным элементом всего проекта.

Рассуждать о несостыковках данного проекта и его книжной основы можно ещё долго, ибо таковых наберётся на несколько объёмных текстов.

Моя цель — не отговорить вас от просмотра «Сёгуна», а лишь показать, насколько огромной оказалась пропасть между оригинальным романом и тем, что предстало на экране. По сути, зрителям демонстрируют лишь верхушку айсберга. Возможно, она кого-то впечатлит, но тот, кто знает о скрытой под водой массе, вряд ли будет в восторге.

Имея на руках блестящий первоисточник, создатели сериала смогли придумать лишь очередной попсовый аттракцион в экзотических японских декорациях. Аттракцион, который радует глаз, но ничего не даёт уму. Книга Клавелла продолжит жить, а вот этой экранизации вряд ли суждено стать бессмертной классикой.