Богатые тоже плачут: Почему «Наследники» — один их лучших современных сериалов
В активе «Наследников» числятся пять престижных «Золотых глобусов» и три статуэтки «Эмми». Ещё до финала этот проект HBO прочно обосновался в пантеоне классики — случай на современном ТВ поистине уникальный. Весь сериал, который без сомнений войдет в золотой фонд телевидения, теперь полностью выложен в Okko по подпискам AMEDIATEKA и «Премиум». Давайте разберемся, почему эту драму называют образцом шекспировских страстей и хитросплетений.
По итогам третьего сезона «Наследники» собрали щедрый урожай «Золотых глобусов» и окончательно утвердились на вершине, заслужив звание флагманского проекта HBO и, шире, всего американского телевидения. Лента о баснословно богатых отпрысках медиамагната, ведущих борьбу за отцовское расположение и наследство, неожиданно для многих стала точкой притяжения как для профессиональных критиков, так и для массовой аудитории. Проводят параллели с «Игрой престолов», находя в ней идейную предшественницу.
Если смотреть в корень, то это повествование о невезучих отпрысках из высшего общества, которые уже три сезона (с тех пор как отца хватил удар) ведут ожесточенные баталии за кресло гендиректора. Здесь действительно предостаточно интриг и коварства, достойных пера Шекспира. Правда, есть существенное различие: в «Престолах» лилась кровь, а соперники выбывали один за другим, здесь же главное оружие — язвительные сообщения в мессенджерах и перешептывания во время телефонных разговоров. Высший пилотаж экшена — пылкие диалоги, где все говорят не то, что имеют в виду, пытаясь перехитрить самих себя. А кульминация наступает, когда правда нечаянно срывается с языка.
Третий сезон семейной вражды завершился на редкость высокой ноте. Трое из отпрысков Логана Роя (Брайан Кокс): Кендалл (Джереми Стронг), Шивон (Сара Снук) и Роман (Киран Калкин) решили действовать сообща, чтобы дать отпор деспотичному отцу и заблокировать сделку по продаже выстроенной им медиаимперии. Ответ патриарха не заставил себя ждать: он вновь указал детям на дверь, предложив им зарабатывать свои миллиарды самостоятельно. При этом он ловко переиграл их, переманив на свою сторону их мать (Харриет Уолтер) и Тома (Мэттью МакФэдиен), который уже фактически стал экс-супругом Шивон. Автор сценария и блестящий шоураннер Джесси Армстронг (известный по «Пип-шоу» и «Гуще событий») объявил новый, апрельский сезон заключительным. И судя по первым четырем сериям, ставки в нем как никогда высоки.
Завязка четвертого сезона — юбилей Логана, который его отлученные от «престола» дети демонстративно пропускают. Они окрылены новыми планами и собственным стартапом, но соблазн досадить отцу оказывается сильнее. Младшие Рои с фанатичным упорством готовы вложить все средства, чтобы перекупить медиакорпорацию Пирсов, которую отец уже почти поглотил. Пока эта троица с азартом прикидывает, стоит ли добавить еще полмиллиарда, на празднике Логана их старший брат Коннор Рой (Алан Рак) решает другую дилемму: вбросить ли лишний миллион, чтобы сохранить свой жалкий однопроцентный рейтинг в президентской гонке. Ставки сделаны. Однако уже к третьей серии становится очевидно: ни одна из них не выгорит. Мы наблюдаем финальный, четвертый акт этой драмы, где открывается новая глава злоключений неблагополучного семейства. Рои прошли длинный путь: от противостояния новатора-бизнесмена (Кендалл) и прожженного капиталиста старой школы (Логан); через междоусобные войны, где отец сталкивал детей лбами; и до периода «Рои против всех», когда семья сплачивалась перед угрозой краха общего дела. Теперь наступает иная эпоха — «Рои наедине с собой».
Обойдемся без спойлеров, но можно смело утверждать: это сезон крушения всех болезненных привязанностей и созависимости. На передний план выходят подлинные мотивы поступков. Под волчьими шкурами скрываются беззащитные овечки, которые на самом деле жаждут вовсе не денег и власти, а элементарных любви и признания. Кендалл, Шивон и Роман мечтают об этом от сурового отца, которого скорее страшатся, чем обожают; Том — от супруги, которая является плотью от плоти Логана и, следовательно, воспринимает любовь как череду унижений и подчинения; эксцентричный старший брат Коннор ищет понимания хотя бы у абстрактного одного процента избирателей; а простоватый родственник-бедолага Грег (Николас Браун) — просто от кого угодно. В то время как обычные люди меряют успех доходом и ценностью своего труда, клан Роев, делящий между собой многомиллиардную корпорацию, к деньгам равнодушен — они у них были и будут всегда. Поэтому отцовская любовь и одобрение превращаются для них в самый дефицитный ресурс, навязчивую идею и единственный способ ощутить собственную значимость.
Этот поворот в сторону извечных истин вовсе не означает, что визуальный ряд или драматургия стали проще. Напротив, похоже, создатели стали даже более бескомпромиссными и радикальными по отношению к зрителю. Герои сериала эпизод за эпизодом собираются вместе и бесконечно ведут переговоры: в сумрачных кабинетах, на залитых солнцем террасах, в дороге, по телефону. При этом дрожащая ручная камера то и дело уводит кого-то в сторону, превращая его в переговорщика-предателя. Чтобы осознать, сколько драматизма скрыто за каждым их словесным вывертом, нужно внимательно следить за расстановкой сил на протяжении всех предыдущих сезонов — Армстронг не дает новичкам никаких поблажек. «Наследники» никогда не пытались угождать публике и не были «миром миллиардеров для чайников» — непосвященным тут делать нечего. Персонажи, как и в самом начале, изъясняются на профессиональном языке, всегда оставаясь на шаг впереди зрителя. «Со стороны не виднее — со стороны просто интереснее», словно говорят нам создатели. Зрителю уготована разве что роль простака Грега — дальнего родственника с улицы, который, вопреки всему, стремительно учится лгать, выбирать союзников и играть на два фронта.
У непосвященных может возникнуть закономерный вопрос: каким образом бесконечные переговоры и споры способны удерживать внимание зрителей на протяжении четырех сезонов? В этом и заключается главный секрет, магия и невиданная доселе сила шоу. Режиссер Адам МакКэй (постановщик «Игры на понижение» и «Не смотрите наверх») в тандеме с Джесси Армстронгом и их командой сумели создать живых, глубоко страдающих от одиночества и внутренних комплексов людей, находящихся на самой вершине мира. В их реальность веришь куда больше, чем в подлинных магнатов вроде главы Fox News Руперта Мёрдока (кстати, он послужил одним из прототипов Логана Роя), семейства Рэдстоунов, владеющих CBS и Viacom, или клана Трампов. Ведущие актеры настолько вжились в роли Роев, настолько основательно подошли к воплощению образов по системе Станиславского (поговаривают, что Джереми Стронг на съемочной площадке даже не общается с коллегами, чтобы подчеркнуть трагическую отчужденность своего персонажа), что сегодня в мире сериалов им под силу соперничать только с самими собой.
В финальном сезоне дети Роя вновь попытаются провернуть невозможное — сохранить семейные узы, оставаясь при этом безжалостной корпорацией, хотя изначально ясно, что затея обречена. И трудно сходу определить, какой из этих двух вариантов мог бы стать по-настоящему достойным завершением истории.
